In English

Все больше «софта»

03.03.2002,
Издание: Русский фокус
Корпоративные клиенты российского компьютерного рынка уже начали понимать, что программное обеспечение может стоить дорого. Но еще плохо понимают, что за его внедрение тоже надо платить большие деньги.

Лидерами по информатизации в России, по данным экспертов кор­порации Andersen, являются неф­тегазовая, телекоммуникацион­ная, металлургическая отрасли и транспорт. Начинается активная автоматизация розничных и оптовых торговых предприятий. Все большую активность проявля­ют госсектор и муниципальные учреждения.

Среди автоматизируемых функций сегодня, как и прежде, лидируют бухучет, управление складами и запасами, продажами, финансами. Однако постепенно появляется спрос и на бюд­жетирование, планирование производства, ана­литические функции, решения для управления отношениями с заказчиками и поставщиками. Чуть меньше пока интересуются электронной коммерцией и управлением качеством.

«Приобретаются два основных типа ПО — финансово-экономическое и специфическое для конкретной отрасли бизнеса,— говорит зам. гендиректора R-Style Softlab Галина Киперварг. — Для банков эти виды ПО совместимы, а для предприятий речь идет в основном о систе­мах для автоматизации производства».

По оценкам директора по корпоративным продажам Cognitive Technologies Сергея Сухоцкого, к началу 2001 г. около 50% закупок в кор­поративной части российского рынка software приходилось на долю крупных негосударствен­ных корпораций. 20% контролировали госстру­ктуры. В минувшем году, на фоне большой PR-компании «Электронной России», из бюджета были выделены значительные средства на ин­форматизацию. В итоге доля госстуктур повыси­лась до 30%, а доля негосударственных корпора­ций упала до 40%. Вряд ли динамика сохранит­ся — средства в бюджете ограниченны, но определенный качественный скачок налицо.

Эксперты Andersen отмечают постепенное изменение структуры бюджетов автоматизации: уменьшается доля инвестиций в оборудование, растет доля расходов на программное обеспече­ние, внедрение систем и консалтинговые услуги. «В последнее время резко увеличился спрос на конечные решения, которые не зависят от технических особенностей компьютеров и опе­рационных систем, — отмечает президент ком­пании «Парус» Александр Карпачев. — Новые условия требуют внедрения именно информационных технологий, а не покупки большого парка компьютеров. Акцент смещается в сторону пра­вильного использования технологий».

Заказчики стали лучше понимать, что такое «проекты», что покупка «железа» еще не реша­ет проблему. Здесь существенную роль играет и мировая тенденция перехода к «тонким клиен­там» с мощным сервером. Срок жизни у серве­ров заметно больше, чем у персональных компь­ютеров. Это также приводит к смещению спроса в сторону sotfware.

«Компьютеры теперь стоят практически в каждой конторе. Но оказалось, что для их эффе­ктивного применения необходимо закупать спе­циальный софт, внедрять его, описывать биз­нес-процессы предприятий, заниматься их опти­мизацией и т. д., — говорит директор управле­ния по работе с клиентами R-Style Softlab Миха­ил Дробышевский. — Сейчас клиенты ждут не просто прокладки сетей и установки серверов (системная интеграция) — но и помощи во вне­дрении всей этой техники и соответствующего ПО в повседневную жизнь предприятия. Это на­зывается проектной интеграцией».

В 2001 г. объем рынка проектной интегра­ции составил, по разным оценкам, от $170 до $220 млн — 20—30% оборота индустрии сис­темной интеграции (включающей поставки «же­леза»). Прогнозы оборотов бизнеса проектной интеграции на 2002 г. — $230—270 млн.

Отечественные корпоративные клиенты уже научились тому, что программное обеспечение может стоить дорого — в том числе российское. Хотя в будущем году еще придется довершать пе­релом ментальное™. Но они еще не привыкли, что дорого может стоить и внедрение этого ПО на их предприятии. Поэтому внедрение в России пока что стоит заметно дешевле, чем на Западе.

«Сектор проектной интеграции становится активнее, — утверждает директор технологиче­ской группы московского офиса корпорации Andersen Мартин Подградски. — Многие рос­сийские системные интеграторы создают собст­венные консалтинговые подразделения или ста­новятся партнерами консалтинговых компаний. Западные фирмы приходят на рынок прежде всего для того, чтобы делать собственный биз­нес. Однако, обеспечив себе узнаваемость брэнда, можно подумать и о партнерах, чтобы в коо­перации осваивать новые регионы и рынки». «В настоящее время огромное количество запад­ных консультантов начало взаимодействовать с российскими поставщиками, — отмечает Карпа­чев. — Это определяется не столько желанием самих консультантов, сколько потребностью за­казчиков работать с российскими поставщика­ми. Часто клиенты требуют, чтобы с помощью за­падного консультанта внедрялись именно рос­сийские системы».

Мартин Подградски считает: «В автоматиза­ции российской экономики, как и в других стра­нах, сейчас наблюдается тенденция перехода от систем ERP к ERPII. То есть до недавнего време­ни использовались в основном системы «скры­той» автоматизации внутренних процессов предприятия или компании. Некий набор средств общения таких систем с «внешним» ми­ром, конечно, существовал, но это были ограни­ченные средства с закрытой архитектурой. Се­годня рынок переходит к коллаборативной ком­мерции. Автоматизируются целые сектора инду­стрии — как единое целое».

Впрочем, как утверждает Сергей Сухоцкий, российские корпорации в некотором смысле «объелись» ERP. Накопился определенный опыт неудачных внедрений, когда комплекс организа­ционно-программно-аппаратных мер буксует — и прежде всего из-за организационной состав­ляющей. Российский менталитет (больше в голо­ве, меньше в компьютере) не подходит для серь­езных систем автоматизации. А ломать привыч­ные процедуры не всегда хватает силы воли.

Центральный федеральный округ