In English

В IT и выйти

09.07.2002, Попов Михаил
Издание: iBusiness.ru
То, что все яйца не нужно держать в одной корзине, что нельзя все деньги ставить на одну лошадь — положения общеизвестные. Но в приложении к деятельности отдельно взятой компании этот принцип часто подвергается сомнению. “Компании живут и умирают постольку, поскольку живет и умирает их основной бизнес” — такие сентенции можно часто услышать от аналитиков по поводу того, что какая-нибудь известная корпорация ИТ приобрела другую, не совсем профильную или совсем непрофильную. Но это все догадки.

В McKinsey решили проверить не то, насколько успешны диверсифицированные компании, а то, насколько диверсифицированы успешные компании — почувствуйте разницу. 412 компаний из списка 500 Standard & Poor's, разделили на три группы. В первую вошли специализированные (“сфокусированные”) компании — те, кто более двух третей своих доходов получал от одного сегмента бизнеса. Вторую образовали умеренно диверсифицированные, получающие по меньшей мере две трети доходов от двух сегментов бизнеса. И, наконец, третью группу составили диверсифицированные — те компании, в которых два наиболее крупных сегмента бизнеса приносили менее двух третей дохода. Критерием успеха служила рентабельность собственных капиталов. Неудивительно, что наиболее высокими пиковыми значениями рентабельности характеризовались сфокусированные компании. Однако картина менялась, если в рассмотрение брался продолжительный промежуток времени. На протяжении десяти лет, с 1990 по 2000 год, специализированные компании обладали рентабельностью, которая в среднем на 8% превышала рентабельность их отраслей. Это больше, чем у диверсифицированных компаний, рентабельность которых была лишь на 4% больше, чем в среднем по отрасли. Однако наивысший результат показали умеренно диверсифицированные компании, рентабельность которых была на 13% выше, чем в среднем по отрасли. В том же исследовании аналитики McKinsey делают вывод, вполне доступный обычному здравому смыслу — диверсификация хороша на определенном этапе жизни предприятия, когда от бурного роста оно переходит к относительной стабильности.

Сегодня наблюдаются признаки того, что российский рынок ИТ достиг этого состояния, а потому наметилась диверсификация компаний, причем часто с выходом в области, весьма далекие от “чистых” ИТ. К сожалению, не все компании делятся опытом диверсификации, стесняясь рассказывать про свои, возможно, успешные эксперименты в области кондитерских производств, торговли спортинвентарем или же изготовления финских домиков. Мы, однако не стали заниматься трансляцией пусть даже общеизвестных фактов — еще настанет время вновь вернуться к этой теме. Пока лишь можно констатировать — даже для тех российских компаний ИТ, которые значительно диверсифицировали свою деятельность, компьютерный рынок не потерял своей основной роли. Если компании могут заниматься несколькими бизнесами одновременно (что и называется диверсификацией), то человек может “диверсифицировать” деятельность во времени, меняя область своей профессиональной деятельности. И об этом также идет речь в теме номера, конечно, в первую очередь в приложении к российскому ИТ-менеджменту.

Другое дело

Юрий Сакун, ysakun@ibusiness.ru

На последнем московском автосалоне на Красной Пресне руководитель компании, занимающейся автоматизацией предприятий автомобильной торговли, поделился впечатлениями от автобизнеса. “Когда в России только стали торговать иномарками, фуру конкурента с автомобилями могли запросто пустить в кювет, — ужасался он. — Более или менее цивилизованно здесь стали себя вести только недавно. Но прошлое-то все равно — криминальное...” Не будем утверждать, что его слова истина в последней инстанции — фур, идущих под откос, лично не видели, но то, что представители компьютерного бизнеса всегда гордились свободой от криминала, факт. Как и то, что заниматься продажей компьютеров лет восемь-десять назад было гораздо выгоднее, чем сейчас, — времена, когда, перепродав компьютер, можно было купить автомобиль “Жигули” последней модели, руководители компьютерных фирм вспоминают с ностальгией.

Со временем, конечно, рентабельность продаж компьютеров значительно снизилась. Но ореол “элитарности” бизнеса ИТ остался. Впрочем, это не мешает компьютерным компаниям заниматься делами, с информационными технологиями слабо связанными или не связанными вовсе. Кто-то следует народной мудрости, гласящей, что все яйца в одну корзину лучше не класть, — диверсификация бизнеса может увеличить устойчивость компании. Бывает, что бизнес-спутник вырастает из личных пристрастий руководителя. Например, звукозаписывающая компания “Богема Мьюзик” появилась благодаря любви Тагира Яппарова, президента компании “АйТи”, к джазовой музыке.

В компании Kraftway стоматологов не было. Тем не менее, она владеет одной из первых частных стоматологических клиник в Москве. Вице-президент по маркетингу Виктория Рощанинова рассказывает, что в 1993 году у Kraftway появились свободные деньги для инвестиций: “Изучив рынок, мы выяснили, что ниша поставок стоматологического оборудования, материалов, инструментов была практически свободна. Тогда существовали в основном государственные или хозрасчетные клиники, только-только начали открываться частные... И мы начали ввозить в Россию стоматологическое оборудование — начали со шведского, а затем перешли на немецкое, японское и др.”. Поначалу компания занималась исключительно импортом, однако через некоторое время было решено открыть небольшой стоматологический кабинет для сотрудников. Постепенно круг клиентов расширился — лечить зубы приходили не только работники компании, но и их родственники, знакомые... В итоге стоматологический кабинет вырос в крупную клинику.

Стоматология — выгодный и перспективный бизнес. “Люди стали активно заниматься здоровьем, в том числе и здоровьем зубов, — поясняет Виктория Рощанинова. — В первую очередь это молодежь: у людей старшего возраста до сих пор сохраняются не очень приятные представления о стоматологах и они не идут к зубному до тех пор, пока не заболит. Кстати, сейчас даже иностранцы приезжают в Россию лечить зубы - здесь это стоит намного дешевле, а качество материалов и квалификация врачей ничуть не уступают западным”.

Виктория Рощанинова замечает, что сравнивать компьютерный и стоматологический бизнес Kraftway невозможно, и помощь первому бизнесу за счет второго практически исключена: “Это совершенно разные направления деятельности. Наш компьютерный бизнес ориентирован на корпоративный рынок, в рамках каждой сделки поставляются тысячи компьютеров. Сколько нужно вылечить людей, чтобы получить такую же прибыль, даже притом, что маржа на рынке стоматологии выше?”

О независимости стоматологического и компьютерного направлений компании говорит еще и то, что большинство клиентов клиники не подозревают о существовании компьютеров под маркой Kraftway. “Сейчас мы автоматизируем клинику, устанавливая, естественно, компьютеры собственного производства. Многие клиенты очень удивляются — они даже и не представляли, что мы еще и изготавливаем ПК, — отмечает Виктория Рощанинова. — Это говорит о том, что мы работаем с аудиторией, на которую мы никогда не ориентировали свою компьютерную рекламу. Многие из клиентов клиники, которые узнали, что мы производим компьютеры, пожелали их приобрести. Среди них -владельцы малых и средних бизнесов, которые охотно закупают компьютеры для собственных предприятий”.

В планах Kraftway запуск нового бизнеса, какого — пока секрет. Возможно, вскоре откроют и вторую стоматологическую клинику.

Сделай сам

Как рождаются новые бизнесы? Казалось бы, опытный предприниматель без труда выберет не только интересное, но и прибыльное направление. Однако, как показывает опыт некоторых компаний, не все так просто. И вместо прибыли порой приходится подсчитывать потери... “В свое время мы создали туристическое агентство „Би-Эй-Си Трэвел", — рассказывает технический директор “Би-Эй-Си” Игорь Регельсон.

- Мы решили cделать приятное и себе и клиентам, и, возможно, что-то заработать. А через год мы это агентство без сожаления закрыли”. Вывод, который в результате сделали в “Би-Эй-Си”, прост: если вы хотите чем-то успешно заниматься, то нужно этим заниматься самостоятельно. “Любая попытка нанять человека, пусть даже самого лучшего, который за вас организует бизнес и еще заработает вам денег, на наш взгляд, обречена на провал. Чудес, к сожалению, не бывает, — констатирует Игорь Регельсон. — Причем дело не в нанятом человеке, а в подходе: если ты не занимаешься бизнесом сам, не контролируешь его, если ты в этом бизнесе ничего не понимаешь (положа руку на сердце, в туристическом бизнесе мы, как оказалось, ничего не понимали), то построить успешный бизнес невозможно. На наш взгляд, это касается любого бизнеса”. Впрочем, отрицательный опыт — это тоже опыт. Допускать ошибки можно, главное — не повторять их. В “Би-Эй-Си” считают, что попытка заняться туристическим бизнесом принесла им ценнейший опыт. — лучше быть профи в одном, чем дилетантом во многом.

Хочу все знать

Если в Kraftway стоматологией занялись исходя из соображений практической выгоды, то компания “Знаю” появилась благодаря личным интересам директора Neuhaus Александра Кашина. Вообще-то область деятельности Neuhaus не ограничивалась информационными технологиями — помимо поставок компьютерного оборудования, компания занимается инженерным обеспечением зданий. “Продажа компьютерной техники и инженерная деятельность - вполне самостоятельные направления внутри компании, — говорит Александр Кашин. — Например, системы интеллектуального здания полностью построены на ИТ”.

В Neuhaus уверены в правильности сделанного выбора. “В России так или иначе будет развиваться инфраструктура. Грядет строительство, модернизация экономики, технологий и т. д. И больше всего будут востребованы услуги ИТ, телекоммуникаций, инжиниринга. Мы трезво оценили перспективы и свои возможности и выбрали ИТ и инжиниринг”.

Компания “Знаю” стоит несколько особняком от других бизнесов: “Это компания, которая сопровождает принятие бизнес-решений. Она не занимается консалтингом или аналитикой. Клиенты „Знаю" могут постоянно обращаться к компании с любыми вопросами и пользоваться услугами аутсорсинга в рамках своих проектов. Например, вы покупаете два региональных филиала и вам срочно нужно проверить их финансовую документацию, но в то же время у вас нет нужного количества финансовых специалистов. Вы можете поручить эту задачу нам. Одним словом, „Знаю" — это некий универсальный помощник, который всегда под рукой и перед которым вы можете ставить любые бизнес-задачи, — рассказывает Александр Кашин. — У нас гибкая структура работы и собственные специалисты в каждой из областей. Кроме того, мы работаем в тесном контакте с большим количеством внештатных экспертов, среди которых специалисты, работающие в других компаниях или научных учреждениях, независимые эксперты, в том числе и иностранные”.

Сейчас в Neuhaus думают, как объяснить рынку, что такое “Знаю”. “Проблема заключается в подаче и позиционировании бизнеса. Не так-то просто объяснить в рекламе, чем же занимается компания. Это совершенно новый вид услуг, с которым люди раньше не сталкивались”, - поясняет Александр Кашин.

По словам директора Neuhaus, идея создания подобной компании зародилась около двух лет назад. “Я сам и наше аналитическое подразделение, решавшее задачи для внутренних потребностей компании, столкнулись с тем, что некоторым дружественным бизнесам требовалась какая-то информация. Мы знали, как им помочь, и стали помогать. Это был не столько бизнес, сколько дружеские услуги, которые мы оказывали на основе собственного опыта. А около года назад возникла мысль оформить эти услуги как концепцию. Пока это сложно назвать действующим бизнесом — проект находится в стадии становления”.

Александр Кашин не надеется на то, что в ближайшем будущем “Знаю” будет приносить большие деньги — если будет приносить их вообще. Однако здесь большую роль играют личные интересы директора и вера в перспективность подобного рода услуг.


Точка опоры?

Большинство бизнесменов согласны с тем, что диверсификация бизнеса способствует разделению рисков компании. Конечно, можно все время заниматься одним-единственным бизнесом. Однако если деньги вложены во что-то еще, это способствует большей устойчивости бизнеса в целом. “Звукозаписывающая компания и издательство — это не те бизнесы, которые позволят в случае чего большой компании выжить, но мы ищем другие пути. В частности, мы создали компанию „Аплана", ориентированную на западный рынок, - это одна из точек стабилизации „АйТи"”, — сообщила Ирина Горбачева, директор по связям с общественностью компании “АйТи”. По ее мнению, таких точек опоры должно быть несколько.

Александр Кашин считает, что устойчивость компании — не единственная цель создания новых направлений бизнеса. “Если основной бизнес приносит прибыль, не обязательно учреждать новую компанию — на рынке достаточно других инструментов, в том числе и чисто финансовых, позволяющих вложить деньги и решить проблему устойчивости более простым путем”. По мнению директора Neuhaus, немалую роль в диверсификации играют побочные факторы: “Что-то может подвернуться под руку, или бизнесмену интересно какое-то другое направление — например, он всю жизнь хотел иметь собственное кафе. Это если и не определяющие факторы, то точно способствующие появлению нового бизнеса”.

На взгляд Ирины Горбачевой, диверсификация полезна не только компании в целом, но и самим бизнесменам: “Есть такое понятие, как репертуар менеджера. Человек, обладающий малым опытом, в определенной ситуации будет действовать по какому-то шаблону. Кстати, именно поэтому, на наш взгляд, МВА плохо приживается в России — там на каждую ситуацию есть свой сценарий поведения. Работа в разных бизнесах позволяет расширить репертуар менеджера, придумывать нестандартные ходы, видеть развитие ситуации... Это расширение управленческой компетенции, которое позволяет быстро реагировать на любые изменения и выбирать пути, недоступные менеджеру без этого опыта”.

Представления об “элитарности” компьютерного бизнеса возникли не на пустом месте. Компьютерные бизнесмены убеждены: они другие. Поэтому могут заниматься практически чем угодно. “Для того чтобы продавать продукты питания, достаточно, скажем, какого-то житейского опыта и здравого смысла, - считает Александр Кашин. - Но чтобы заниматься бизнесом, связанным с ИТ, этого мало — нужно быть на переднем крае технологий, знать новинки, хорошо разбираться в оборудовании и т. д.”. “Компьютерный бизнес кардинально отличается от других бизнесов — здесь изначально работали умные, интеллигентные люди с высшим образованием, — вторит Виктория Рощанинова.

- В других бизнесах таких мозгов не нужно. Поэтому после компьютерного бизнеса можно заняться чем угодно. А вот справится ли бизнесмен, занимавшийся раньше, скажем, торговлей продуктами, с созданием компьютерного бизнеса — большой вопрос. Скорее всего, нет. Во всяком случае, примеры того, что после бизнеса ИТ человек занимается чем-то еще, есть. Обратных примеров я не знаю”.

Впрочем, технический директор компаний “Би-Эй-Си” Игорь Регельсон уверен, что не смог бы работать вне бизнеса ИТ. “В нашей отрасли работать приятнее, — поясняет он. С теми, кто работает в ИТ, у меня схожие мышление, культура...”.

***

Хорошо, если руководитель компании реализовал давнюю мечту и создал бизнес “для души”. Еще лучше, если этот бизнес приносит деньги. Однако бизнес ИТ по сей день не потерял своей привлекательности. Игорь Регельсон считает, что большинство отечественных компьютерных компаний пока недостаточно созрели для того, чтобы развивать направления, не связанные с информационными технологиями. “Более того, — отмечает он, — бизнес ИТ в России развивается. Как минимум, нет тенденции к его уменьшению. Так что эффективнее заниматься именно им”. Слова о компьютеризации страны, по мнению технического директора „Би-Эй-Си", пока что так и остаются словами -до реальной компьютеризации нам еще далеко. Но рано или поздно она произойдет, это будет и началом, и продолжением общего подъема экономики — и тогда-то наступит настоящий расцвет отрасли высоких технологий.

Центральный федеральный округ