In English

Слухи о стагнации на рынке ERP преувеличены?

18.10.2012, Свинарев Сергей
Издание: PC Week
По данным аналитического центра REAL-IT Лиги независимых экспертов ЛИНЭКС, во II квартале 2012 г. продажи на российском рынке ПО по сравнению с аналогичным периодом за прошлый год практически не изменились. Как известно, немалую его долю составляют самые разные бизнес-приложения, в частности ERP-системы. Отразилась ли указанная стагнация на рынке ERP? Что определяет сегодня динамику этого сегмента в России? Изменилась ли его структура? Чтобы разобраться в этом, мы обратились к экспертам из ряда ведущих компаний.

Стагнация или рост?

“Для нас такой тренд не очевиден, — сказал заместитель генерального директора "SAP СНГ" Андрей Надеин. — Спрос растет, количество клиентов растет. Растут бюджеты, которые компании закладывают на развитие своих информационных систем и покупку новых продуктов и даже на совместное инвестирование в разработку этих продуктов”. Солидарен с ним и директор департамента консалтинга компании IBS Игорь Ведехин: “Спрос стал более фрагментированным и четко сфокусированным на решение бизнес-задач, но упомянутого тренда как такового мы не видим и тенденции к стагнации — тоже”.

“Сегмент ERP потерял прежнюю высокую динамику, которая была характерна для 2010 и 2011 гг., — возражает ему директор департамента бизнес-приложений консалтинговой группы “Борлас” Вячеслав Казаков. — Но тогда основным драйвером был отложенный из-за кризиса спрос. О том, что рынок пребывает в состоянии стагнации говорит и тот факт, что в нынешнем году практически не было анонсов по-настоящему масштабных инициатив по внедрению ERP. Говорят, что клиенты устали от ERP-проектов и не готовы ввязываться в новые. Я не вполне согласен с этим. Сам факт, что на фоне постоянных кризисных ожиданий рынок ERP не упал и даже демонстрирует небольшой рост, вполне позитивен.

Есть еще один важный фактор — технологический. Ведь запустив сегодня проект внедрения традиционной ERP-системы, при нынешних темпах развития “облачных” услуг есть риск через пару лет на выходе получить уже неактуальную систему. Однако строить полностью облачные варианты тоже никто не решается. Компании изучают эти технологии на предмет их зрелости и применимости, и это очень разумно”.

По мнению бизнес-аналитика Prestima компании НПО “Компьютер” Елены Истоминой, в целом интерес предприятий к бизнес-приложениям остается на достаточно высоком уровне. Правда, в большинстве случаев речь идет уже не о базовых задачах (типа складского или бухгалтерского учета), а о более сложных процессах верхнего уровня управления: бюджетирования, централизованного казначейства, построения консолидированной отчетности, бизнес-анализа и т. п.

“Снижение объема продаж лицензий ПО связано с насыщением российского рынка решениями класса ERP, — убеждена заместитель генерального директора компании “АйТи” по бизнес-приложениям Елена Гуцева. — Практически все крупные игроки уже внедрили те или иные ERP-системы. Сейчас идет следующая волна автоматизации, когда происходит не внедрение с нуля, а развитие существующего ERP-решения. Такие проекты требуют не только знания продуктов, но и предварительного качественного бизнес-консалтинга. Наибольший интерес у заказчиков вызывают бизнес-приложения, связанные с планированием и бюджетированием. В связи с переходом на международные стандарты финансовой отчетности появился интерес к приложениям, обеспечивающим построение отчетности по МСФО. Также стабильно пользуются спросом решения, предназначенные для управления проектами и инвестиционной деятельностью”.

По мнению директора по развитию компании “Монолит-Инфо” Александра Плоткина, в низшем сегменте (условно с бюджетом автоматизации до 100 тыс. евро в год ) фактически (и заслуженно) установилась монополия “1С”. При этом функциональность платформы “1С” (точнее, ее среды разработки) опережает потребности компаний из данного сегмента, число самодостаточных типовых отраслевых решений постоянно наращивается, а предложение здесь превышает спрос. Поэтому никакого всплеска спроса на новые ERP-решения в этом сегменте наблюдаться не может. В высшем сегменте, куда входят отраслевые или межотраслевые холдинги (в том числе и с государственной формой собственности), этап выбора решения уже везде практически завершился. При этом этап бурного инвестирования в ИТ, когда массово закупались исходные (весьма впечатляющие по размерам) пакеты лицензий, энергично осваивались не менее впечатляющие суммы на проекты по выбору “правильной” системы и формированию “типовых решений на основе лучших отраслевых практик”, уже остался в прошлом. Наступило время трудоемкой (а по другому и не бывает) кастомизации этих “лучших практик”, наступило время оценки эффективности инвестиций, вложенных на первых этапах. Собственно, реальный анализ эффективности первоначальных инвестиций и отрезвил голову многим излишне оптимистично настроенным руководителям бизнеса. В этой нише по-прежнему много работы, но уже не для продавцов лицензий, а в первую очередь для компаний-интеграторов и специалистов-функциональщиков. И деньги здесь теперь больше платят не по результатам эффектных презентаций, а по достижению реальных результатов для бизнеса”.

Наиболее интересен, полагает Александр Плоткин, “средний сегмент”, где заказчиками выступают наиболее динамичные компании, как правило, частные. Некоторые из развивающихся компаний вырастают из своих прежних ИС, имея определенный опыт (в том числе и негативный) и не будучи связанными корпоративными стандартами, они в качестве главного критерия для нового выбора рассматривают наличие действительно успешных отраслевых внедрений.

Отраслевой срез

В каких же отраслях российской экономики спрос на ERP-решения сегодня особенно активен? Каковы причины подобной активности и какие задачи приоритетны для таких заказчиков? “Развитие информационных систем тесно связано с развитием бизнеса, поэтому спрос на автоматизацию наблюдается в тех отраслях, которые активно развиваются: нефтегазовой, строительстве, банковской сфере, торговле, — констатирует Елена Истомина. — Особенно востребована автоматизация управления крупными распределенными организациями (таких в России с каждым годом становится все больше). При этом какие-то из них идут по пути унификации процессов всех удаленных подразделений за счет перевода их на единую систему. Другие оставляют подразделениям относительную свободу в части организации своей деятельности, выстраивая управление и соответственно автоматизацию на верхнем уровне”.

Региональный директор по консалтингу "Epicor Software Россия/СНГ" Александр Горбачев, отмечает спрос на продукты его компании со стороны гостиничного сектора, сферы фармации и медицинских услуг, компаний, занимающихся добычей полезных ископаемых, производством и продажей оборудования. Причины подобной активности он видит в том, что всем надоело ждать кризиса — вместе с программами сокращения расходов компании инициируют новые инвестиционные проекты. По мнению руководителя отдела продвижения ERP-решений Microsoft в России Владимира Егорова, активность в тех или иных индустриях непосредственно связана с уровнем конкуренции в них, а потому неудивительно, что традиционно массовыми потребителями бизнес-приложений являются телеком, ритейл и финансовый сектор.

К нему присоединяется Александр Плоткин: “В таком высоко конкурентном секторе, как производство товаров повседневного спроса, который для нашей компании традиционно является одним из приоритетных, спрос на ERP-решения не снижался даже в период кризиса. Интерес компаний-производителей фокусируется вокруг традиционных для ERP функций планирования и прогнозирования; компании-дистрибьюторы и те из производителей, у кого есть собственная система дистрибуции, заинтересованы в CRM-решениях, позволяющих эффективно управлять продажами. В ритейле традиционно востребованы системы для организации фронт-офиса и бизнес-анализа на основе OLAP. Всем интересны решения, включающие средства интеграции с ИС бизнес-партнеров (в том числе по стандарту EDI). Взрывной рост рынка смартфонов и планшетов сделал востребованными мобильные решения, использующие новые (для бизнес-приложений) возможности таких устройств — фотографии, GPS-мониторинг и т. п. Пользователи ERP-систем становятся мобильнее, и их запросы формируют сдвиг интереса компаний в сторону облачных решений и мобильных бизнес-приложений”.

“Наиболее активными отраслями за последний год являются ритейл, энергетика, горно-металлургическая отрасль, химическая промышленность, банковский сектор и финансовые организации, — дополняет его Андрей Надеин. — Многие компании еще прекрасно помнят недавний кризис и насколько большинство из них были не готовы к реализации кризисного управления из за отсутствия достоверных оперативных данных”.

По мнению Игоря Ведехина, ERP-решения достаточно популярны во всех отраслях. Когда-то приоритет отдавался реализации базового ядра функциональности, потом внедрению систем управления персоналом. Сейчас мы видим повышенный спрос на локальные решения в области логистики, управления производством и капитальным строительством.

Елена Гуцева напоминает, что спрос на ERP-системы в нашей стране традиционно наиболее активен в ТЭК. Это объясняется необходимостью контролирования высоких затрат на производство, большими объемами работ и денежных потоков, высокими рисками, связанными с налоговыми обязательствами, контролем за активами, производственными затратами, в том числе и на техническое обслуживание оборудования и т. д. В связи с этим и наиболее приоритетные задачи там — планирование и бюджетирование, управление техническим обслуживанием и ремонтом, управление активами и проектами капитального строительства. Наблюдается увеличение интереса к ERP-решениям и в таких традиционных отраслях, как строительство и недвижимость, а также в относительно новых — ЖКХ и страхование. В финансовом секторе, в свою очередь, пользуются интересом приложения по управлению эффективностью бизнеса: системы автоматизации бюджетирования и планирования, а также приложения, позволяющие осуществлять анализ и моделирование стратегии предприятия, управление финансовыми рисками.

Но, может, снижение спроса связано с тем, что есть немало отраслей, где ERP-системы не пользуются популярностью? Чем объясняется их пассивность: недостатком денег, отсутствием конкуренции, низкой культурой корпоративного управления? По мнению Елены Истоминой, наиболее сложно выбор и внедрение ERP, как это было и ранее, идет на производственных предприятиях. Связано это как с их невысокой доходностью, так и со сложностью процессов управления производством, что значительно увеличивает стоимость ERP-проектов. В целом соглашаясь с ней, Вячеслав Казаков напоминает, что в России рынок ERP уже насыщен в таких отраслях, как нефтегазовая, энергетика, металлургия, телеком и ритейл. Эти отрасли — наиболее активные потребители ИТ, ERP-решения там были запущены давно. А, например, машиностроению или авиакосмической отрасли приходится ликвидировать отставание, располагая существенно меньшими финансовыми средствами.

“Достаточно специфичны функции ERP-систем в финансовой сфере, тем не менее там также наиболее популярными являются задачи, связанные с бюджетированием и планированием, — разъясняет Елена Гуцева. — Определенная специфика присутствует в ERP-системах для государственного сектора и вузов, для них существуют отдельные отраслевые решения на основе современных ERP-систем, закрывающие потребности данных сегментов рынка”.

Как бы много ни говорили о том, что сфера государственного управления — это не бизнес, задачи планирования и управления материальными, финансовыми и людскими ресурсами имеются и там. Их актуальность существенно возрастает в условиях, когда через госбюджет финансируются объемные программы, контролируются которые крайне слабо. Насколько широко используются сегодня ERP-системы в масштабных проектах для госсектора?

Александр Горбачев сомневается даже в самой возможности постановки такого вопроса: “В нашей стране госсектор очень обширен, он включает сотни различных областей, в том числе госуправление, ЖКХ, образование, медицину, транспорт и пр. Поэтому говорить про весь госсектор невозможно, поскольку он очень разнороден”. “Массового интереса к ERP в госсекторе мы не видим”, — признает Вячеслав Казаков. А вот по мнению Андрея Надеина, ситуация не так уж безнадежна: “Российский госсектор сегодня активно осваивает информационные технологии, и это не дань моде, а насущная необходимость в связи с масштабными преобразованиями в нашей стране, запуском многочисленных государственных и социальных программ. Свои предложения для госсектора мы поделили, в частности, по функционалу: на решения для внутриведомственной автоматизации, где нам интересны прежде всего проекты не по автоматизации, а по повышению эффективности бизнес-процессов, на информационно-аналитические системы и на заказные разработки — приложения, которые должны решать уникальные задачи конкретных ведомств”.

“В госсекторе сегодня уделяется внимание проектам, связанным с управлением документооборотом и делопроизводством, построением сложных аналитических систем, формированием портальных и интеграционных решений, автоматизирующих множество процессов взаимодействия ведомств друг с другом и с гражданами, — констатирует Игорь Ведехин. — Классическими ERP-системами я бы это не назвал.”

“Сегодня наибольшим спросом со стороны госсектора пользуются решения, связанные с предоставлением госуслуг и мониторингом эффективности — это комплексные проекты, включающие множество систем (хранилища данных, системы бизнес-анализа и принятия решений, электронный архив и документооборот), но пока они не затрагивают область ERP, — соглашается Елена Гуцева. — Во многом такой характер спроса обусловлен политическим и законодательным курсом развития ИТ в госсекторе, который направлен на информатизацию общества. Отдельные органы государственной власти приобретают и внедряют ERP-решения для автоматизации своей хозяйственной деятельности, но такие проекты нельзя назвать комплексными. С другой стороны, повышенный спрос на единую бизнес-аналитику с высокой степенью агрегации (округ, регион и т. п.) и мониторинг эффективности власти влечет за собой необходимость обработки большого количества данных из множества источников. Решение этой проблемы — комплексное внедрение единого ERP-решения. Выполнение первых проектов по внедрению аналитических систем должно привести к изменению подхода к развитию ERP в госсекторе”.

На пути в облака

Облачные вычисления и предоставление ПО в форме услуги (SaaS) — одни из наиболее значимых трендов развития современного ИТ-рынка. С одной стороны, коммерческий сектор смотрит на такие новые модели доставки приложений с известной осторожностью, с другой – разворачиваемая в нашей стране программа предоставления онлайновых госуслуг населению по самой своей природе носит облачный характер. Насколько вероятен сценарий, в котором подобные проекты станут примером и движущей силой перехода на модель SaaS в коммерческом секторе?

Елена Истомина полагает, что облачная среда ближе малому и среднему бизнесу. Полноценная же ERP-система ассоциируется более с крупными организациями. Возможно, именно поэтому активно пропагандируемая вендорами тема “ERP в облаках”, скорее, дань моде, чем общий тренд. “По моему мнению, информационная истерия вокруг SaaS вообще сильно преувеличена. В одном понятии смешаны аутсорсинг поддержки, технологии удаленного доступа и финансовые услуги, — убежден Александр Горбачев. — Эти три составляющие надо рассматривать раздельно с точки зрения преимуществ модели SaaS перед традиционной, поскольку для ERP такие преимущества до сих пор неочевидны”.

А по мнению Вячеслава Казакова, появление референсных проектов, если они будут выполнены в госсекторе, позитивно повлияет на развитие рынка с той точки зрения, что руководители станут менее настороженно относиться к модели SaaS. Можно также надеяться, что развитие облачных госуслуг будет стимулировать совершенствование нормативно-правовой базы, прежде всего в сфере защиты данных, а также поможет разрабатывать конкретные программные решения и сертифицировать их. Не секрет, что проблемы безопасности по-прежнему являются сдерживающим фактором развития облачной модели.

Александр Плоткин полагает, что хотя здесь и нет прямой связи, однако косвенно, внедрение модели SaaS в госсекторе делает ее более привычной, формируя у клиентов новые ожидания. Так что крупные корпорации поневоле будут вынуждены внедрять сервис-ориентированные решения, в первую очередь в отраслях и сегментах, связанных с массовым обслуживанием (и здесь на переднем крае оказываются CRM-системы).

“Для предоставления онлайновых госуслуг населению проводится множество изменений в ИТ-законодательстве, — напоминает Елена Гуцева. — В качестве примера можно привести отрасль ЖКХ, где уже активно начинают использовать облачные технологии, не в последнюю очередь благодаря требованиям законодательства по автоматизированному съему показаний и аппаратному контролю за функционированием оборудования. Кроме того, изменяются требования к поставщикам услуг, уровню безопасности данных и др. Рынок становится более цивилизованным, компании сертифицируются для оказания онлайновых услуг — повышается доверие к оказываемым ими сервисам. Одновременно с этим повышается доверие к облачным технологиям и ИТ-директоров предприятий, которые в обычной жизни являются пользователями электронных госуслуг. Вполне вероятно, что благодаря этому через несколько лет мы сможем наблюдать существенное перераспределение внимания в сторону облачных сервисов и в коммерческом секторе”.

Говоря об осторожности заказчиков, не следует забывать и о том, что свою часть пути должна пройти и другая сторона. В какой степени к переходу на облачную парадигму готовы сегодня ведущие вендоры и их программные продукты? Что им еще предстоит сделать в этом направлении? “Основной вопрос здесь в том, насколько облачные версии программных продуктов могут предоставить тот же объем функциональности, что и локальные, – считает Александр Плоткин. — В последнее время здесь наметился очевидный перелом, связанный с тем, что в планах ведущих поставщиков ПО облачные версии получают сопоставимый или даже первоочередной приоритет по сравнению с традиционными продуктами. С другой стороны, ещё недостаточно развита инфраструктура, необходимая для развертывания облачных решений — дата-центры, каналы связи, гибкие тарифы по оказанию услуг. В этой части еще много предстоит сделать”.

Вячеслав Казаков подчеркивает, что облачные приложения должны быть кроссплатформенными, легко масштабируемыми, совместимыми с существующими системами виртуализации и обладать повышенными по сравнению с “классическими” системами характеристиками надёжности и отказоустойчивости. Должны быть также изменены подходы к лицензированию облачных приложений.

По наблюдениям Александра Горбачева, ведущие вендоры больше говорят, что у них есть программные продукты для размещения в облаке, но ставку на них не делают. Андрей Надеин не согласен с такой точкой зрения: “По данным IDC, объем российского рынка облачных услуг (публичных и частных) в 2010 г. составлял 35,08 млн. долл. А к концу 2015 г. эта цифра превысит отметку в 1,2 млрд. долл., демонстрируя среднегодовой темп роста более 100%. В своей стратегии компания SAP концентрирует усилия на переносе в облака собственных традиционных приложений, а также на разработке специализированных бизнес-решений для развертывания в облачных средах”.

“Фактором, который несколько затормаживает развитие облачных бизнес-приложений, является беспокойство заказчиков по поводу безопасности и приватности данных, — утверждает Владимир Егоров. — Как правило, это первый вопрос, который возникает у компаний, рассматривающих модель использования ИТ как услуги. Microsoft уделяет этим вопросам большое внимание. В облачных сервисах мы используем девять уровней безопасности, начиная от физического биометрического сканирования и заканчивая новейшими технологиями, обеспечивающими защиту наших сервисов. Microsoft гарантирует бесперебойную работу своих облачных сервисов в течение 99,9% времени, и это закреплено финансово”.

Как считает Елена Гуцева, в целом к переходу на облачные технологии сейчас уже готово большинство ведущих поставщиков ERP-систем. В подтверждение она приводит пример нового продукта “1С:Предприятие через Интернет”, отмечая в то же время, что в облаке здесь размещены пока только массовые, “легкие” решения, доступ пользователей к которым и первую линию их поддержки осуществляют партнеры, имеющие статус Центров сетевой компетенции. Более того, некоторые вендоры предоставляют отдельные свои решения только в рамках SaaS-модели (пример — система управления талантами Taleo Cloud Service корпорации Oracle).

“Степень готовности вендоров на текущий момент средняя, — сетует тем не менее Елена Гуцева. — В публичном облаке пока могут быть развернуты лишь решения с урезанным функционалом или отдельные модули, требующие значительной интеграции с ИТ-системами, уже эксплуатируемыми заказчиком. Развертывать все в облаке вендоры пока в полной мере не готовы, но курс в этом направлении взят, и через два-три года такие решения появятся. Перевод приложений в облачную среду требует серьезного пересмотра архитектуры, так как облачным решениям необходим совершенно иной подход к администрированию, управлению правами доступа, данными и т. д.”.

Вполне правомерен также вопрос, в какой степени к переходу на облачную парадигму готовы сегодня российские партнеры этих вендоров и российские заказчики? Какие функциональные блоки ERP-систем могли бы быть безболезненно перенесены в публичное облако в первую очередь? Вячеславу Казакову наиболее реалистичным представляется сценарий, при котором сначала произойдет плавное перемещение в облака непроизводственных экземпляров промышленной системы (в первую очередь, тестовых и находящихся в стадии разработки), а также отдельных, наиболее ресурсоёмких, ее модулей.

“Сегодня облачные сервисы в России среди В2В-компаний в целом пользуются меньшей популярностью, чем на Западе, — констатирует Андрей Надеин. — Интерес к облачным сервисам есть, их обсуждают, иногда тестируют. Но говорить о широком использовании пока рано. Облачная ERP-система является достаточно сложным сервисом, к тому же связанным с передачей стороннему сервис-провайдеру важных для компании данных, пока не многие компании в России готовы к этому. Хотя перспективы, несомненно, есть”.

“Существуют какая-то техническая информация, которую можно перенести в облако, однако есть и чувствительная информация, которую будут стараться размещать внутри предприятия, — размышляет Игорь Ведехин. — Каждая компания должна сформулировать для себя отношение к этому вопросу. Но если говорить о мировых тенденциях, то использование публичных облаков все в меньшей степени становится препятствием, если на другой стороне весов снижение совокупной стоимости ИТ-решения и повышение эффективности работы. Как известно, CRM-система достаточно чувствительная часть бизнеса: это база клиентов и контактов, от которых в значительной степени зависит коммерческий успех любого предприятия. Но замечательный пример компании Salesforce показывает, что многие предприятия уже готовы к переносу этой информации в облако. Точно такая же ситуация с расчетом заработной платы и аутсорсингом процедур управления персоналом. Поэтому я считаю, что здесь четкого ограничения нет, все зависит от конкретного случая и заказчика”

По мнению Елены Гуцевой, российские заказчики пока не спешат переходить на облачные модели. Особенно это касается крупных компаний, которые больше склонны развертывать бизнес-приложения в собственных частных облаках. Наибольшую привлекательность бизнес-приложения в виде сервиса имеют для СМБ-компаний, так как они таким образом получают ранее недоступные решения корпоративного уровня по привлекательной цене. Однако число выполненных по облачной схеме проектов в России еще настолько мало, что говорить об опыте, накопленном партнерами или вендорами, пока рано. Проще всего передать в публичное облако системы, которые содержат минимум конфиденциальной или персонифицированной информации, а также не относятся к выполнению основных бизнес-функций: управление закупками, торговые площадки, системы управления проектами, блоки подбора и оценки персонала.

“Для крупных компаний важен еще и вопрос цены, — убежден Александр Плоткин. — Что выгоднее — использование локальных решений (вплоть до создания собственного частного облака) или аренда сервисов в публичных облаках? Ответ здесь совсем не очевиден. Как пример можно привести пивоваренную компанию “Балтика”, где наша компания “Монолит-Инфо” развернула облачное CRM-решение, к которому подключается 6000 пользователей “Балтики”, а также компании-дистрибьюторы и сервисные центры. Более того, этой инфраструктурой на условиях SaaS активно пользуются другие компании группы Carlsberg (“Балтика” входит в нее) из Белоруссии, Азербайджана, Казахстана и Киргизии для управления своими продажами. Это пример эффективно работающего частного облака”.

ERP и мобильность

Еще одна возможная точка роста обусловлена все большей популярностью мобильных устройств и увеличением интереса к мобильным бизнес-приложениям. Каковы перспективы “мобилизации” у отдельных модулей ERP-систем? Есть ли примеры подобных предложений, а также реальных внедрений таких модулей в нашей стране? “Мобильность оказывает колоссальное влияние на управление бизнесом, — уверен Андрей Надеин. — Мобильные решения обеспечивают взаимодействие директоров предприятий с цехами и клиентами по всей логистической цепочке. Мобильность быстро становится привычным способом ведения дел в бизнесе, а мобильные устройства — предпочтительной точкой взаимодействия для передачи информации и приложений на любое устройство в любое время и в любом месте”. Эту точку зрения поддерживает и Игорь Ведехин: “Интерес к мобильным устройствам — это сейчас, скорее, необходимость, чем модный тренд. Именно так теперь обычный пользователь со стандартными запросами представляет себе стандартную работу с бизнес-приложением”.

Вячеслав Казаков полагает, что для сотрудников финансовых и бухгалтерских служб “мобилизация” неактуальна, так же как, например, для пользователей базового функционала HR-блока. Мобильные приложения нужны мобильным сотрудникам, прежде всего руководителям: у них всегда мало времени, но они, находясь в разъездах или участвуя в переговорах, хотят иметь под рукой нужную информацию. Поэтому ими востребованы средства мобильной аналитики и отчетности. Потом идут службы сбыта и маркетинга. Обладая инструментами для проверки наличия товаров на складе, их заказа, формирования договоров, которыми он может пользоваться на мобильном устройстве на площадке клиента, менеджер способен принимать решения в оперативном режиме и существенно повысить скорость и качество обслуживания. Есть также ряд категорий сотрудников, которые постоянно работают “в поле”. “Чаще всего мобильные приложения в своей работе используют торговые агенты, мерчендайзеры, специалисты по обслуживанию оборудования и т. п.”, — отмечает, например, Александр Плоткин.

“Типичные блоки ERP, которые могут использоваться на мобильных устройствах, это в первую очередь организация логистики и управление складами с использованием RFID-меток и штрихкодов, а также дистанционные продажи и мобильное обслуживание на площадке клиента”, — дополняет Елена Гуцева.

Подводя итог этого обсуждения, мы можем констатировать, что о значимом спаде на российском рынке ERP говорить, скорее всего, не приходится. Но тем не менее изменения, притом заметные, на нем сегодня, несомненно, происходят.

Центральный федеральный округ