In English

ИТ в вузах: какие сдвиги?

07.03.2012, Гореткина Елена
Издание: PC Week
Современное образование невозможно представить без повсеместного использования информационных технологий. Понимая это, государство в последние годы реализует целый ряд программ по модернизации материально-технической базы вузов, сопровождая их финансированием.

Создаются федеральные и национальные исследовательские университеты — своего рода образовательные центры притяжения в регионах. Одновременно развиваются механизмы, способствующие коммерциализации разработок вузовских ученых. Кроме того, малые инновационные предприятия при вузах поддерживает и фонд “Сколково”. К финансированию исследовательских работ в вузах привлекаются компании с государственным участием, которые вместе с учебными заведениями занимаются планированием долгосрочных программ инновационного развития и расширения НИОКР.

Понятно, что для таких работ необходимы соответствующее оборудование и информационные технологии. Подстегнули ли перечисленные меры развитие в вузах соответствующей инфраструктуры? О том, как развиваются события в этом направлении, рассказывают эксперты из вузов и ИТ-компаний.

Положительные тенденции


Как считают эксперты, перечисленные целевые программы дали значительный толчок развитию ИТ в вузах. “На выделенные средства инновационные и национальные научно-исследовательские вузы смогли сделать существенно больше, чем просто поддерживать текущую инфраструктуру. Например, они сумели развить многие ИТ-направления и создать новые мощные ресурсы вплоть до суперкомпьютеров”, — отметил Дмитрий Смирнов, руководитель дирекции по работе с образовательным и государственным секторами компании “АйТи”. С ним согласен Сергей Белов, координатор университетских программ IBM в странах Центральной и Восточной Европы, Ближнего Востока и Африки, по мнению которого адресный характер государственных программ во многом определяет их эффективность. IBM тесно сотрудничает с национальными исследовательскими университетами, а задают направление этой кооперации именно государственные программы развития ИТ в вузах.

Представители вузов разделяют эту точку зрения. “У нас сейчас статус национального исследовательского университета, — сообщил Владимир Маничев, доцент МГТУ им. Н. Э. Баумана. — По-моему, как раз благодаря этому моя кафедра САПР выиграла грант Минобрнауки под разработку программного комплекса SADEL-PA10 для математического моделирования динамических процессов в разнородных технических системах и объектах”.

По оценке Сергея Горина, директора департамента по работе со сферой образования IBS, доля ИТ-расходов в бюджетах развития вузов довольно высока — порядка 30%, а причина в том, что фактически любая программа предусматривает развитие вуза непосредственно на базисе и при поддержке ИТ.

Но постепенно характер расходов на ИТ в вузах меняется, что указывает на повышение зрелости вузовской ИТ-инфраструктуры. Как отметил Сергей Горин, когда наши вузы получали первые гранты, эти расходы были еще выше, потому что тогда они строили инфраструктуру практически с нуля. Сейчас вузы решили первичную задачу и их расходы на ИТ соответствуют общим тенденциям.

Однако не всем вузам удалось воспользоваться государственными программами. “Дважды наш университет пытался пробиться в более высокую категорию, но увы… бумаги еще ходят, а программы, похоже, прошли мимо нас, — посетовал Юрий Барахнин, профессор кафедры вычислительной техники и руководитель Интернет-центра Московского государственного университета леса. — У нас ИТ развиваются благодаря инициативе ректора. Мы всё делаем сами, без привлечения сторонних организаций. Сейчас в сети около 1700 ПК, более 20 компьютерных классов, 15 лекционных аудиторий, оборудованных мультимедийным оборудованием, до полутора десятков серверов, оптическая сеть кампуса”. По его мнению, коль скоро все это сделано своими руками в лесном вузе, значит, каждый вуз имеет возможность при желании в инициативном порядке решать вопросы информатизации.

Новые стандарты и старые проблемы


Сейчас вузы переходят на новые образовательные стандарты, направленные на модернизацию высшего образования. С одной стороны, это положительно отражается на внедрении ИТ. “Это направлено на повышение качества образования, а сегодня практически любые улучшения образовательного процесса предусматривают более активное использование ИТ, — сказал Сергей Горин. — Возьмем такой простой пример, как бесплатный Wi-Fi в студенческих кампусах. Когда вуз предоставляет возможность из любого места университета получать доступ в сеть, то для студентов это очень важный фактор для самостоятельной подготовки. Еще лучше, если вуз открывает, например, доступ к электронной библиотеке или системе дистанционного обучения”.

При этом вузы расширяют учебные программы по применению информационных технологий в профессиональной деятельности. Так, МГТУ им. Н. Э. Баумана собирается сделать курс “Основы автоматизированного проектирования” обязательным для всех технических специальностей университета.

А Сергей Белов отметил, что при внедрении новых стандартов важна корреляция позиций академического и бизнес-сообщества. Тогда учебные планы будут выстраиваться таким образом, чтобы готовить студентов к реальной практике. Большую роль в этом сыграла некоммерческая ассоциация АП КИТ, которая разработала профессиональные стандарты по нескольким ключевым ИТ-специальностям. Теперь при подготовке образовательных программ ими руководствуются некоторые университеты, но, к сожалению, далеко не все.

Однако для продвижения ИТ в учебный процесс одних стандартов мало. Необходимо, чтобы преподаватели имели возможность их реализовать. А здесь есть проблемы. “Нужно финансовое подкрепление. Прежде всего зарплата для преподавателей и айтишников, а то выращенные специалисты не остаются в стенах университета”, — сказал Юрий Барахнин.

Есть и другие проблемы. Поскольку новые стандарты дают студентам и преподавателям больше свободы в формировании учебных планов, значительно возрастает сложность управления процессом обучения. Без применения ИТ решить эту задачу просто невозможно. Но продвижению информационных систем мешает ряд препятствий.

Одно из них связно с тем, что для средств автоматизации деятельности учебных заведений нет стандартов, таких как ERP для промышленности или OSS/BSS для телекоммуникационных операторов. По словам Дмитрия Смирнова, за рубежом такие стандарты есть, но они к нам слабо применимы в силу специфики отечественной системы образования. Поэтому существующие системы, автоматизирующие отдельные участки образовательной деятельности, как правило, являются заказными и их сложно тиражировать из одного вуза в другой. В результате изменения, которые происходят в образовательных стандартах, практически не приводят к кардинальным изменениям в области внедрения ИТ в вузах. “Это как раз то направление, по которому еще предстоит очень много работать. Но не стоит забегать вперед, сначала эти стандарты должны прижиться, устояться, и только тогда можно будет эти процессы автоматизировать”, — считает Дмитрий Смирнов.

Взаимодействие образования и бизнеса: что нового?


За рубежом университеты занимаются не только учебной, но и научно-исследовательской деятельностью, активно участвуя, таким образом, в экономическом развитии своих стран. Но у нас такая деятельность раньше входила в сферу ответственности отраслевых НИИ, а вузы выпадали из цепочки добавленной стоимости российской экономики. Чтобы изменить это положение, в 2010 г. правительство РФ приняло ряд постановлений, направленных на поддержку кооперации российских вузов и предприятий реального сектора.

По данным Минобрнауки за прошлый год, в 121 российском вузе уже действует 430 малых инновационных предприятий. В некоторых проектах участвуют и ИТ-компании. Так, фирма “АйТи” выиграла два открытых конкурса Минобрнауки. Первый — с Санкт-Петербургским государственным университетом информационных технологий, механики и оптики, второй — с Высшей школой экономики.

Компания IBS вместе с Российским экономическим университетом им Г. В. Плеханова создает информационную систему для прогнозирования потребностей в трудовых ресурсах. Задача этой системы направлена на то, чтобы устранить отмеченную выше проблему несоответствия вузовской подготовки потребностям экономики. “Создав такой продукт, мы должны отчитаться государству в том, что он востребован, и обеспечить его продажи и поддержку как минимум в течение пяти лет, — рассказал Сергей Горин. — Уже есть шесть внедрений системы: в регионах с ее помощью синхронизируют планы социально-экономического развития с кадровыми возможностями, а на федеральном уровне она помогает формировать государственное задание на подготовку кадров в соответствии с требованиями рынка”.

В прошлом году МГТУ им. Н. Э. Баумана и Mail.Ru Group запустили совместный проект “Технопарк@Mail.Ru”, направленный на обучение молодых специалистов передовым интернет-технологиям с помощью комбинации теоретических знаний и практики на реальных проектах Mail.Ru Group, а также на поддержку стартапов, организованных студентами.

Московский государственный университет леса и ФГУП “Рослесинфорг” создали учебно-практический центр для взаимодействия в области научной, образовательной и производственной деятельности. Предусмотрены совместные научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, подготовка специалистов и переподготовка кадров.

Очевидно, что без ИТ наладить взаимодействие вузов с предприятиями просто невозможно. Ведь бизнес далеко не всегда знает о результатах, достигнутых в науке, а студенты имеют слабое представление о тех возможностях бизнеса, которые они могут найти в процессе своего обучения. И хотя программа кооперации образования с бизнесом не предусматривает прямого финансирования ИТ, в ходе ее реализации появляется тесная связка между вузовской научной командой и специалистами компании-разработчика, которые совместно создают инновационные продукты, начинается циркуляция идей и технологий между вузами и реальным бизнесом. Попав в образовательную среду, эти идеи вполне могут найти конкретное ИТ-воплощение.

Международные ИТ-компании в такой кооперации пока не участвуют, но это не значит, что они не уделяют внимания вузам. У них есть академические программы, в рамках которых российские университеты на безвозмездной основе получают доступ к программам, курсам и продуктам. По словам Сергея Белова, сейчас курсы по технологиям IBM читаются на профильных кафедрах в 160 вузах. Он отметил и еще одну форму взаимодействия с университетами — создание центров компетенции, в которых студенты изучают новые технологии на практике. Корпорация IBM открыла в российских вузах более двадцати таких центров.

СПО пока на подходе


В декабре 2010-го правительство РФ приняло план перехода государственных и бюджетных учреждений на свободное ПО (СПО). По идее данное постановление должно затронуть и государственные образовательные учреждения. Судя по мнению экспертов, этот план пока не сказывается на процессе внедрения ИТ в вузах.

Но они и без этого давно используют СПО. По словам Владимира Маничева, МГТУ им. Н. Э. Баумана имеет договоры со многими российскими и зарубежными разработчиками проприетарного ПО, но применяет и СПО, например Linux, Adobe Reader, Open Office. Примерно такая же картина и в Московском государственном университете леса. “Официальных распоряжений по этому вопросу в вузе не было, — сказал Юрий Барахнин. — Но в ряде лабораторий все учебные ПК работают под Linux. Многие студенты используют Linux, LibreOffice и другое свободное программное обеспечение. В нашем сетевом узле также применяется СПО, за исключением программ борьбы с вирусами и спамом”.

Так что в вузах уже есть немало людей, знакомых с СПО не понаслышке, и наработана некоторая практика его использования в разных сферах деятельности. Но, как считает Дмитрий Смирнов, делается это без всякого государственного плана, исключительно по личной инициативе пользователей.

Это мнение разделяет Сергей Белов: “Свободное ПО является одним из лучших способов подготовки “свободных” специалистов, понимающих ключевые принципы функционирования ПО, готовых работать с любыми системами, но сложность заключается в недостаточном удобстве СПО для пользователя. На сегодняшний день практика применения ПО с открытым кодом развита, но насыщения еще нет — ни в вузах, ни в школах”.

Сергей Горин отметил, что IBS вместе с партнерами предлагает вузам решения на основе СПО, но большой очереди пока не наблюдает. Он считает, что ряд факторов мешает распространению свободного софта: “Во-первых, это разумное нежелание первыми “набивать шишки” в новых пока проектах внедрения свободного ПО, а во-вторых, отсутствие в вузах специалистов нужной квалификации. Есть и другие нюансы. Например, с точки зрения отчетности вузам даже проще покупать лицензии, чем обосновывать расходы на СПО, которое формально ничего не стоит, но, как мы все знаем, вовсе не бесплатно и также требует финансирования. Тем более, что у всех ведущих ИТ-производителей есть специальные программы для сферы образования, предусматривающие льготные условия. С этой точки зрения проприетарные продукты имеют очень сильные позиции. Но с другой стороны государство поддерживает свободный софт, и это, конечно, способствует тому, чтобы такие продукты заняли достойное место”.

Какой вуз — такой и софт


Основное занятие вузов — учить студентов. Но при этом им приходится заниматься и другими делами: хозяйственной деятельностью, научной работой, а с недавних пор еще и организацией совместных разработок с предприятиями. Для всех этих направлений необходимы ИТ. Но должны ли такие продукты учитывать особенности сферы образования?

По мнению экспертов, с точки зрения автоматизации хозяйственной деятельности особой специфики у вузов нет. Поэтому здесь применимы все стандартные программные пакеты для финансового, бухгалтерского, кадрового учета, учета имущества и т. д.

Но что касается учебного процесса и научной работы, то это уникальные виды деятельности, которых нет нигде, кроме сферы образования. По словам Дмитрия Смирнова, при продвижении тех или иных ИТ-продуктов обязательно нужно учитывать специфику самого вуза: “Как ни крути, вузы не похожи друг на друга. Они делятся на гуманитарные и технические, эти две группы в свою очередь делятся по видам. Для разных вузов приоритеты различны — где-то важнее визуализация, где-то вычисления и т. д. Поэтому в деле продвижения ИТ очень важна специфика самого вуза — кого он готовит и какой научной деятельностью занимается”.

Это мнение разделяет Сергей Горин: “Безусловно, на сегодняшний день на рынке существует великое множество продуктов, нацеленных на автоматизацию учебной деятельности. И, как показывает практика, каждый из них требует кастомизации под конкретную специфику образовательного учреждения. Ведь при всей похожести внутренних процессов каждый университет имеет свои особенности, которые необходимо учесть разработчикам и внедренцам”.

Как считает Дмитрий Смирнов, в научной работе различий между вузами даже больше, чем в учебной, потому что она подразделяется еще и на подгруппы: “Например, лингвистический вуз может прекрасно использовать мощные серверы мирового производителя для своих языковых изысканий, для хранения и обработки огромных массивов данных, для показа полученных результатов. А строительный делает аэродинамическую трубу, с помощью которой проводятся исследования в области динамики зданий, чтобы узнать, насколько безопасны жилые или промышленные сооружения”.

По мнению Сергея Горина, задача поддержки научной деятельности узка, поэтому и вендорских решений на российском рынке нет. В результате открывается широкое поле деятельности для интеграторов. Правда, он считает, что с точки зрения процессов научная деятельность более-менее типизирована: “Процессы работы на кафедре в нефтехимическом и в гуманитарном вузах не сильно различаются, кроме предметной области, естественно. Соответственно можно выделить конкретные функциональные блоки: документооборот, обеспечение совместной работы научных сотрудников и рабочих групп, организация базы знаний”.

Сергей Горин отметил, что на рынке имеются специальные системы для мониторинга деятельности вузов, которые в обязательном порядке включают и мониторинг научной деятельности. Такие системы востребованы как руководством вуза, так и Минобрнауки, которое хочет видеть, как расходуются выделяемые им бюджетные средства.

Но несмотря на существование тиражируемых решений, вузы продолжают использовать самописное ПО, сочетая его с готовыми продуктами. Например, Московский государственный университет леса применяет для деканата систему “Спрут” и библиотечное ПО “Марк”, а все остальное программное обеспечение — самописное.

Облака все еще впереди


В последнее время основной тенденцией в мире ИТ является распространение облачных, мобильных и социальных технологий. По идее, носителями всего передового должны быть именно вузы. Но так ли это? По мнению экспертов, эти технологии проникают в образовательную среду, но разными темпами.

Наиболее популярными здесь являются мобильные и социальные решения. Как говорит Дмитрий Смирнов, социальные сети зачастую рождаются внутри вуза, поскольку учебные заведения сами организуют их для своих студентов, абитуриентов и выпускников. Поэтому со стороны вузов есть спрос на внедрение социальных сетей. А Сергей Белов в качестве примера привел Новгородский государственный университет им. Ярослава Мудрого, который вместе с IBM внедрил социальную сеть, объединяющую 15 тыс. студентов и три тысячи преподавателей.

Для мобильного доступа вузы применяют беспроводные сети Wi-Fi. Так, в МГТУ им. Н. Э. Баумана реализация такой сети планируется, а в Московском государственном университете леса уже есть зоны беспроводного доступа в Интернет, два года назад были внедрены виртуальные веб-серверы для электронной почты и других сервисов со средствами резервного копирования.

“Думаю, что через некоторое время мы можем стать свидетелями таких нововведений, как “мобильный университет”, когда студент имеет доступ ко всем учебным ресурсам на своем планшетном компьютере, смартфоне или другом мобильном устройстве”, — надеется Сергей Белов.

Что касается спроса со стороны вузов на коммерческие решения для облачных вычислений, то особой активности пока не наблюдается. “Для облаков мы сейчас не видим целесообразного приложения”, — говорит Юрий Барахнин. А между тем, по мнению экспертов, вузам пригодились бы облачные технологии. “Например, для федеральных университетов, которые имеют сразу несколько разнесенных площадок, консолидация ИТ-ресурсов, организация частного облака, а затем предоставление на его базе единых ИТ-сервисов было бы весьма правильным и эффективным решением”, — считает Сергей Горин.

По мнению Дмитрия Смирнова, вузы уже внедряют облачные технологии, но самостоятельно, задействуя внутренние ресурсы: “Такие решения там давно есть и прекрасно работают. Облачные вычисления возникли именно в вузовской среде, продвигались через вузы и только позже получили распространение за пределами сферы высшего образования”.

Проблемы и решения


Хотя и вузы, и ИТ-компании сотрудничают уже давно и успешно, остается немало факторов, затрудняющих распространение информационных технологий в высшем образовании.

Самая очевидная проблема — нехватка денег. Она по-прежнему волнует сотни российских вузов, не получивших поддержки от государства. Но для федеральных, национальных научно-исследовательских университетов и вузов, строящих инновационную инфраструктуру в рамках целевой программы, более остро стоит вопрос, как грамотно и разумно построить ИТ-инфраструктуру, учитывая количество факультетов, корпусов, филиалов. Эти бюджетные средства должны распределяться по двум направлениям: сначала нужно покупать технологии, а потом внедрять их и эксплуатировать.

Однако здесь есть серьезные проблемы, на одну из которых указал Дмитрий Смирнов: “К сожалению, на внедрение и эксплуатацию ИТ целевых денег у вузов не предусмотрено. Поэтому они не могут в рамках выделенных государством бюджетов платить штатным ИТ-специалистам зарплату, оплачивать обучение и регулярно повышать их квалификацию. Ведь вузовскому айтишнику недостаточно пройти обучение у производителя и получить сертификат. Требуются знания в области технологий управления проектами, потому что эффективно освоить миллионы рублей на внедрение ИТ — задача нетривиальная, причем для этого нужен не один человек, а целая команда. Поэтому внутри вуза должны быть специальная структура и процессы, которые обеспечат создание единой стройной картины ИТ и работу системы в целом”.

Кроме того, вузам мешает некоторая инертность, которая свойственна сфере образования в целом. “Возможно, это хорошо с точки зрения преемственности традиций и стабильности отечественного образования, но для восприятия передовых ИТ является явным минусом”, — утверждает Сергей Горин.

По мнению Владимира Маничева, для преодоления инертности следует перенимать зарубежный опыт: “МГТУ им. Н. Э. Баумана требуется пятилетняя стратегия развития ИТ на основе опыта университетов США и особенно китайских. Например, Пекинский университет — сейчас лучший в мире по техническому оснащению и зарплатам преподавателей”.

А Юрий Барахнин видит проблему в отсутствии кооперации между вузами: “Каждый сам по себе. Момент, когда можно было хотя бы частично унифицировать ядро вузовской информационной системы, упущен. Сейчас у всех свои оргструктуры и соответствующее ПО, в основном, по моей оценке, самописное. Некоторые ИТ-компании предлагают сделать увязку отдельных самописных подсистем в единую систему, но далеко не даром. Как решить эти проблемы? Трудно сказать. Ломать сделанное нельзя. Создавать для каждого вуза объединяющее подсистемы звено, что позволило бы поверх запустить унифицированную аналитику, — дорого. Но что-то надо делать для объединения информационных систем вузов”.

По мнению экспертов, эти проблемы невозможно решить без законодательных мер. Нужно поменять статьи финансирования, увеличить расходы на переподготовку кадров, ввести профессиональные штатные единицы, которые занимались бы построением в вузах единой ИТ-системы. “Речь идет о том, что в вузе нужен свой ИТ-директор, а сейчас эту роль зачастую выполняет профессор, которому в нагрузку дали вести ИТ-проект, — уточнил Дмитрий Смирнов. — Министерство образования должно выйти с определенным предложением к правительству, чтобы оно внесло изменения в законодательство, а также выделить бюджетное финансирование на содержание в вузах ИТ-директоров, которые планомерно заботились бы о развитии ИТ-инфраструктуры”.


Центральный федеральный округ