In English

Тагир Яппаров: Происходит серьезное изменение структуры рынка

15.06.2015, Яппаров Тагир
Издание: Tadviser.ru
Строить прогнозы на российском ИТ-рынке сейчас практически невозможно, считает Тагир Яппаров, председатель совета директоров ГК АйТи. В интервью TAdviser он рассказал, что возможностей для роста в связи со структурными изменениями на рынке для интеграторов остается все меньше. Поэтому АйТи ищет инвестора для выхода за пределы страны.

TAdviser: Как в целом настроение в компании в связи с событиями последнего года?

Тагир Яппаров: С одной стороны, ситуация на рынке очень сложная, прогнозы по экономике также непростые. ИТ-рынок хорошо чувствует, что происходит в экономике, и тем более это чувствует сегмент корпоративной информатизации. Мы растем быстрее рынка в случае его роста, и падаем быстрее рынка, если он падает, т.к. большая доля проектов, которые мы выполняем, относится к инвестиционным.

Мы видим, что сам по себе рынок уже два года сокращается. При этом в негативную сторону для нас меняется его структура. Балансировать в получении доходов нам позволяет высокая доля собственных продуктов, и мы прилагаем большие усилия для того, чтобы стать глобальным игроком. В общем, ситуация непростая, но в ней есть понятные стратегии, понятные модели дальнейшего движения. Поэтому настроение умеренно позитивное, рабочее.

Сейчас очень трудно делать прогнозы. И одна из проблем текущего момента заключается в том, что долгосрочное планирование стало на порядок более рискованным, чем было раньше. Долгосрочное планирование возможно при стабильной ситуации. А сегодня мы находимся, к сожалению, в ситуации, когда прогнозировать что-либо это почти как играть в казино. Можно угадать, а можно и не угадать.

И с этой точки зрения мы находимся в ситуации, когда тот подход, который мы считали правильным - инвестиции в новые технологии и свои продукты - сейчас становится гораздо более рискованным и тяжелым. Сейчас мы гораздо сильнее ограничены с точки зрения финансирования. Хотя в тех направлениях, где мы видим возможности для движения на глобальном рынке, мы продолжаем инвестировать.

TAdviser: Какое направление вы имеете ввиду?

Тагир Яппаров: У нас есть продукт - мобильное рабочее место WorksPad (доступ к почте, документам на мобильных устройствах). Здесь мы видим растущий рынок в России, с одной стороны, и возможность конкурировать глобально, с другой стороны. В подобной истории, мы считаем, и нужно инвестировать.

TAdviser: Собственные продукты позволяют рассчитывать на участие в программах импортозамещения...

Тагир Яппаров: С этим вопросом на мой взгляд ситуация очень сложная. Понятно, что с одной стороны развитие тенденции импортозамещения дает нам шанс больше продвигать собственные продукты и технологии, возможно и сервис, но в целом крупные заказчики пока находятся в состоянии ожидания. Они создали департаменты импортозамещения, назначили директоров по импортозамещению, но пока это все не перешло в реальные решения и в реальный мир.

С одной стороны, установленные ранее системы международных вендоров становятся все более и более дорогим активом. С другой, во многих технологиях не просто найти адекватные аналоги. Поэтому, на мой взгляд, есть возможность сохранить объем продаж на российском рынке, и мы это делаем за счет того, что больше продвигаем свои продукты и свои решения, но возможности для роста мы видим на глобальном рынке.

TAdviser: В 2014 году динамика рублевой выручки АйТи была близка к нулю, а если пересчитать на доллары, то будет заметный минус…

Тагир Яппаров: Дело в том, что мы давно - еще лет семь-восемь назад - перешли на рублевый учет. До этого все компании в стране достаточно долго вели учет в долларах, и, конечно, это было оправданно по многим причинам. Потому что был период, когда все привязывалось к у.е. Но постепенно вся экономика перешла на рублевые расчеты без привязки к доллару. И поскольку все наши расходы и доходы рублевые, а доля импортных продуктов небольшая (мы не классический интегратор, мы интегратор с большой долей собственных продуктов), то для нас было логично полностью перейти на рублевый учет, и мы, таким образом, все планирование ведем в рублях.

К примеру, в прошлом году у нас примерно на миллиард рублей выпали доходы, связанные с технологиями и продуктами наших зарубежных вендоров. Мы компенсировали их собственными продуктами. Такова наша стратегия сохранения бизнеса. С этой точки зрения тот результат, который мы видим - сохранение рублевого дохода, он для нас совершенно понятен и на него мы и рассчитываем.

Вести учет в национальной валюте - это нормально. Если посмотреть на евро, он за последний год упал к доллару с 1,35 до 1,1. Это не значит, что немецкие компании стали вести учет в долларах. Они как вели в евро, так и ведут, и ничего.

TAdviser: Выросла ли прибыльность АйТи в связи с увеличением доли собственных продуктов в вашей выручке?

Тагир Яппаров: Она бы точно выросла, если бы не изменился курс. Это сильно ударило, конечно, по тем контрактам, которые у нас были. К сожалению, у нас очень длинный бизнес. Подписываем контракт сегодня, а реализуем проект через 9 месяцев. Есть проекты годовые. При этом клиенты очень жестко настаивают, чтобы цены фиксировались в рублях. Единицы из них готовы отрабатывать привязку цен к доллару.

Да, мы нарастили прибыль на собственных продуктах, но, как и все, потеряли на падении курса рубля по сделкам с зарубежными продуктами. В принципе, мы сохранили рентабельность, но она не такова, на которую мы рассчитывали. В этом году мы будем надеяться на рост, если рынок будет стабилен, не будет никаких движений. Но еще раз вернусь к самому началу - сейчас очень трудно планировать, возможны разного рода форс мажорные обстоятельства.

TAdviser: Пришлось ли сокращать сотрудников в прошлом году?

Тагир Яппаров: Да, мы сократили в ряде подразделений до 15% сотрудников, но с точки зрения результата по итогам года по числу работников в компании мы оказались стабильны. За счет того, что нанимали в подразделениях, связанных с нашими сервисами, с нашими продуктами.

TAdviser: Кого именно сокращали?

Тагир Яппаров: Прежде всего бэк-офис. Плюс мы сокращали или даже продавали направления, которые по разным причинам считали не очень эффективными или не соответствующими стратегии. Например, в феврале 2015 года продали подразделение, которое занималось облачными технологиями для среднего и малого бизнеса («Юниклауд лабс» был продан проекту `МодульБанк`, прим. TAdviser). В принципе это был интересный проект, достаточно успешный, мы даже нашли способы его монетизации. Но стратегически мы поняли для нас очень важную вещь - на СМБ рынок мы не пойдем.

То есть, для нас это был некий тест - пощупать рынок СМБ и понять, можем ли мы на нем работать. Поскольку компания с первого дня работает с крупными клиентами, то мы видели, что СМБ интересен, имеет большие перспективы, но на нем абсолютно другая модель, которая является для нас совершенно отличающейся от того, что мы построили для работы с нашими заказчиками. Доходит до смешных "бытовых" моментов. Здесь, к примеру, мы должны выставлять десятки счетов в день, а в нашей текущей деятельности такой задачи не стоит. Ну и в целом это другая для нас модель, другая структура, другой маркетинг. Поэтому, когда нашелся покупатель, которому понравились наши технологии и который инвестировал в это направление, мы его продали.

TAdviser: Если я правильно понимаю, ситуация с сокращением людей и неэффективных подразделений свойственна многим системным интеграторам. Получается, что сейчас на рынке образуется целая группа специалистов похожего профиля, которых увольняют в связи с тем, что определенные сегменты рухнули? Или такое не наблюдается?

Тагир Яппаров: Происходит серьезное изменение структуры рынка. И где-то действительно есть падение интереса, объемов, потребности в специалистах. Но при этом в целом потребность в специалистах только возрастает, в том числе в телекоммуникациях. Хороший специалист легко может быть переквалифицирован. И здесь очень важно, насколько компания имеет смежные задачи для того, чтобы использовать специалистов в других направлениях.

На мой взгляд, специалистов на рынке стало гораздо больше, выбор стал гораздо лучше, но при этом сказать, что очень много людей оказалось на рынке, пока нельзя. Надо учитывать, что переход на стратегию собственных технологий и собственных продуктов сразу дает огромную потребность в ресурсах. К примеру, `Ростех` планирует набрать 2 тысячи ИТ-сотрудников. Резко увеличил набор «Сбертех» и т.д и т.п. Эта стратегия на собственные технологии и разработки пока в России часто выливается в создание собственных подразделений и передачи им заказов, внутренний аутсорсинг. Структура рынка и так была сильно искажена - примерно 60% специалистов работает у заказчиков, 40% у поставщиков. А сейчас она меняется еще сильнее.

TAdviser: В 2011 году вы говорили, что планируете отойти от операционного управления, перестали быть генеральным директором АйТи. Удалось ли осуществить задуманное?

Тагир Яппаров: На самом деле, я, наверно, в классическом смысле никогда операционным управлением и не занимался, по достаточно понятным причинам. Дело в том, что у каждого из нас есть свои сильные и слабые стороны. И навык операционного управления, скорее, моя слабая сторона, чем сильная. В России и в других странах мира понятие `гендиректор` отличается. За рубежом это человек, который отвечает за стратегию, это CEO. Под ним всегда есть операционный управляющий. И это достаточно классическая модель, которая существует в больших компаниях. Мне она как-то больше импонирует.

Я тогда говорил о некой формальной ситуации, о том, что я перестал быть формальным гендиректором. От этого мои задачи и моя позиция не меняется. Я не могу сказать, что я сильно изменил свою работу. Те функции, которые на гендиректоре лежат по выполнению операционных задач, они, конечно, занимали заметную часть времени. Но в целом суть осталась та же самая.

TAdviser: Тогда же вы говорили о том, что планируете продать долю в АйТи инвестору? Как с этим обстоят дела?

Тагир Яппаров: В 2008 году мы уже были на этапе подписания документов о продаже доли финансовому инвестору. Где-то в мае мы согласовали оценку компании и планировали, что осенью подпишем документы о сделке. Но в августе 2008 года грянул мировой финансовый кризис и сделка не состоялась. С тех пор, к сожалению, ситуация с точки зрения инвестирования сильно ухудшилась, но при этом, по нашему мнению, есть сценарии, при которых возможно привлечение инвестиций и сейчас.

Мы считаем, что лучше капитализируемы собственные оригинальные продукты и технологии. У нас сейчас есть продукт - WorksPad, я считаю, что это один из лучших продуктов в мире для мобильных сотрудников. И мы сейчас ведем переговоры с разными фондами по поводу привлечения инвестиций в этот проект для более активного продвижения продукта в мире. Мы можем продвигать его органически и мы это делаем, но скорость очень мала, а окно возможностей ограничено. Изменилось только то, что раньше мы больше работали с международными фондами, а сейчас стали более ориентированы на российские.

TAdviser: Это именно фонды или какие-то игроки? `Ростех`, `Ростелеком`?

Тагир Яппаров: С игроками гораздо сложнее. Дело в том, что с ними есть риск смещения фокуса. Они решают свои производственные задачи, которые не связаны с глобализацией бизнеса. Такой альянс нами пока не рассматривается, хотя он и может быть реализован позже.

TAdviser: Рассчитываете ли вы сохранить контроль в проекте WorksPad в случае привлечения инвестора?

Тагир Яппаров: Этот вопрос не является принципиальным, он для меня рабочий. Я могу привести пример. Это тоже был тест чужого для нас рынка, консьюмерского. Речь идет о проекте `Кнопка жизни`. Мы планируем, что это будет услуга, которой станут пользоваться миллионы людей. Но при этом это массовый рынок, где у нас опыта еще меньше.

Мы считаем, что технологии дистанционного мониторинга в медицине приведут к созданию огромного рынка. Поэтому решили на ранней фазе вложиться, и поняли, что нам нужен партнер, который бы помог правильно развивать проект и фактически делать его более независимым от нас, т.к. мы со своим корпоративным мышлением рисковали навязывать те идеи, те модели, которые были бы не эффективны для этого рынка.

Мы получили инвестиции во ФРИИ и сегодня наша доля менее 50%. Но нас это не сильно волнует, потому что мы получили сильного партнера, как раз ориентированного на подобные проекты. Мы получили активных содиректоров и смогли согласовать стратегию, которая ориентирована на массовый рынок. Так что сам по себе контроль не является самоцелью.

TAdviser: Есть ощущение, что в связи с политическим и экономическим кризисом венчурных фондов, не связанных с государством, в России поубавилось. Как вы считаете?

Тагир Яппаров: Живые, активные венчурные фонды в России остались. В том числе не связанные с государственными регалиями. Был момент, когда они перенесли активность в Израиль, Америку, Европу. Сейчас они снова возвращаются сюда. Мы видим интерес, ведем переговоры. Я думаю, что при соблюдении определенных условий будет оживление на этом рынке, но понятно, что ключевые условия диктуют они.

В истории с WorksPad мы понимаем, что проект очень интересный, один из самых перспективных проектов в России в области корпоративной мобильности. Мы прошли фазу создания технологии, вывода продукта, мы его активно продаем, идет очень хорошими темпами вывод на международные рынки. Мы видим позитивную реакцию. Мы находимся в правильном рыночном секторе. Но это длинный, такой фермерский бизнес. Нам нужно его поливать, полоть, выращивать. В общем, более или менее понятно, что нужно делать.

TAdviser: В последний год венчурными инвестициями занялись выходцы из ИТ-компаний. Например, Андрей Чеглаков из `Стиплер`, Антон Сушкевич из `Энвижн`. У вас не возникает желания подыскивать какие-то небольшие проекты и инвестировать в них, либо присоединять и выращивать?

Тагир Яппаров: Мы этим занимаемся. Я не сказал бы, что это идея новая, и коллеги что-то такое придумали. Практически любой крупный игрок этим занимается. В целом попытки привлечения, объединения команд для сборных решений - они будут на рынке постоянно. Но мало кто публикует эти истории на раннем этапе. В истории с Чеглаковым и `Новыми облачными технологиями` активный PR начался до того, как продукт был выпущен на рынок. Это совершенно понятная история и мы даже пытаемся сейчас с ними построить кооперацию. Если у них будет офисный пакет для мобильных устройств, то почему бы не использовать его в WorksPad.

То, что делает Сушкевич, тоже понятно. Он удачно встроился в концепцию импортозамещения с таким ключевым продуктом (инвестировал в команду разработчиков PostgreSQL, прим. TAdviser). Но это все частные истории. В стратегии профессиональных игроков, как мне кажется, акцент делается на инвестиции в глобальные проекты больше, чем в локальные. Риск инвестиций в локальный проект в том, что рынок очень маленький, меньше 2% от мирового. Понятно, что и на локальном рынке есть хорошие интересные задачи, но он имеет сильное ограничение.

У нас огромный опыт создания локальных продуктов. Здесь мы понимаем все плюсы и минусы. Именно поэтому сейчас стараемся развивать продукт, имеющий и локальную, и глобальную перспективу. Так поступают многие профессиональные инвесторы, вышедшие из нашего рынка: Боровиков создал фонд при Softline, Чачава - при `Leta Group`. Эти фонды профессиональные. Да, они инвестируют в какие-то небольшие проекты, но с перспективой работы на российском и глобальном рынке. Это примеры того, что коллеги не уникальны, что есть разные более зрелые, профессиональные инвесторы на рынке, которые занимаются этим давно.

TAdviser: Замечаете ли вы рост спроса заказчиков на российские продукты?

Тагир Яппаров: Я бы сказал, интерес повысился. Просто пока по многим темам, которые обсуждаются, не принимают решений. С одной стороны интереса много, проводят много презентаций, переговоров, корпоративных конференций, но пока это работа подготовительная.

TAdviser: То есть, индустриального импортозамещения еще не началось?

Тагир Яппаров: На мой взгляд, процесс начинает активно развиваться и появляется ощущение, что будут реальные сдвиги. Здесь очень важно, чтобы через 2-3 года не сказали, что это была очередная кампания.

TAdviser: Ну а проблема все-таки в том, что достаточно инертны заказчики или потому что российские продукты еще не вполне готовы?

Тагир Яппаров: И то, и другое. И то, что уже очень много внедрено, и то, что для запуска нужно проделать огромные подготовительные работы. То есть, играет очень много факторов, и они все связаны со временем и ресурсами. К примеру, у нас есть своя система документооборота на платформе Alfresco. И мы очень успешно за счет бюджета техподдержки в Федеральной миграционной службе заместили ей систему на платформе EMC Documentum. Уложились в сумму, в два раза меньшую, чем бюджет техподдержки. Потом уменьшили сам бюджет техподдержки в несколько раз.

Это вообще один из трендов, который дискутируют на рынке - что в некоторых ситуациях российские системы внедряемы в рамках бюджетов техподдержки западных систем. К примеру, я знаю один кейс, когда заказчик за деньги годовой техподдержки SAP запустил перевод учетной системы на 1С. Такие истории очень позитивны и показательны. Когда эти кейсы накопятся и станет ясно, что зарубежные решения требуют завышенный бюджет, и что в этих деньгах можно и перевнедрить, а потом еще и уменьшить стоимость техподдержки, конечно, это будет очень важным стимулом для того, чтобы российские технологии там, где они есть, внедрялись.

Есть и другая проблема, которая заключается в том, что в некоторых сегментах нет российских технологий. Многие технологии не сравнимы по качеству. Но это вопрос времени, вопрос усилий и поддержки каких-то игроков. На мой взгляд, нужно просто выбрать игроков, которые могут довести эти технологии до нужного уровня, но поддерживать их не деньгами, не финансированием, а созданием рынка сбыта, заказами от клиентов. В эту сторону пока, к сожалению, большого движения я не вижу.

TAdviser: С 1 сентября 2015 года вступает в силу новый закон о персональных данных, который обязывает хранить и обрабатывать все данные россиян внутри страны. Замечаете ли вы в связи с этим серьезные изменения на рынке? И действительно ли происходит перетекание данных в Россию или эта тема тоже пока в режиме ожидания?

Тагир Яппаров: Закон никто не отменял и не отменит, хотя его уже удалось перенести один раз. Мне кажется, что второго переноса не будет. Я вижу, что активно идет подготовка среди тех заказчиков, у кого есть такая задача. Ничего сверхсложного в этом нет. И на мой взгляд, те ЦОДы, которые в стране есть, способны в первом приближении вместить данные многих игроков в собственную инфраструктуру. Больше всего вопросов здесь возникает у международных сервисов, но, на мой взгляд (может быть, я так думаю, потому что я не игрок этого рынка), это вполне разумное решение. Может быть скорость слишком большая, мало времени дано. Но в целом с точки зрения интересов страны мне это понятно.

TAdviser: Для ИТ-рынка это ведь тоже определенный стимул к развитию?

Тагир Яппаров: В целом, да, конечно. Я считаю, что такие решения, увеличивающие наши рынки, являются правильными. Также как и Национальная система платежных карт. Ведь смешно, когда транзакции внутри России ходят через Америку.

Конечно, мы все это делаем неуклюже. Можно было сделать все гораздо аккуратней и спокойней, без истерик. Большинство зрелых стран так и делают. Мы же не первые. Все развитые страны локализуют транзакции. Задача понятна и технологически она очень простая. Странно, что мы это делаем в таком истеричном и авральном режиме. Все эти действия ориентированы на то, чтобы страна развивалась и защищала свои интересы.

TAdviser: Если вспомнить 210 федеральный закон, который полноценно начал работать с лета 2012 года, там ведь точно также ситуация сложилась. Закон вступил в силу, но никто не был готов его исполнять - работать через СМЭВ, прекратить требовать от людей справки. И никакой политики тогда не было. Хотелось бы узнать ваше мнение на эту тему и в целом о динамике развития электронного правительства.

Тагир Яппаров: На мой взгляд, с какими-то допущениями, та концепция развития электронных госуслуг, которая реализуется сейчас, она рабочая, гораздо более приближенная к реальности, чем первые попытки, которые были в начале 2000 годов. Сейчас мы видим фактически третью попытку решения задачи создания "электронного правительства". В ней есть свои архитектурные и другие системные проблемы.

Но все равно ситуация гораздо более рабочая, чем была раньше. Один из плюсов заключается в том, что стало больше рынка, больше игроков, больше открытости, больше свободы для регионов. Ведь была идея вообще колпаком накрыть всех одной системой, вплоть до муниципалов. Но и сейчас, на мой взгляд, есть еще масса нерешенных задач.

TAdviser: Например?
Тагир Яппаров: До сих пор мы не можем разобраться с юридической значимостью электронных документов. Несмотря на то, что формально вроде бы на высоком уровне бумажные и электронные документы уравняли, на уровне нормативки много где электронный документ не пройдет. То есть, нужно решать множество задач уже в каких-то конкретных ведомствах, конкретных процессах. С этой точки зрения та инфраструктура, которая сейчас создается, способна на большее. И здесь, на мой взгляд, нужна воля со стороны правительства.

Такая воля была проявлена при запуске программы. Были конкретные сроки, конкретные постановления, были KPI губернаторов, были планерки. Этот инструмент работает. Но сейчас, к сожалению, ситуация поменялась и энергия из этого процесса потихоньку ушла в конкретные ведомства.

TAdviser: То есть не хватает серьезной роли правительства?

Тагир Яппаров: Конечно. Могу честно сказать, что технологии вторичны. Успех определяется тем, как вы их внедряете.

TAdviser: Давайте поговорим о роли вашей компании в проекте электронного правительства. Раньше крупнейшим субподрядчиком `Ростелекома` считалась компания AT Consulting. В последнее время заметную долю заказов получает `АйТи`. Причем, в некоторых случаях по контрактам с НИИ `Восход`, который, в свою очередь, работает по контракту с `Ростелекомом`. Зачем создавать такую матрешку из субподрядчиков?

Тагир Яппаров: Поймите, существуют стандартные задачи. Эти стандартные задачи требуют формирования нормального государственного системного интегратора. `Восход` в этой роли государственного системного интегратора уже давно существует, он занимается системой ГАС `Выборы`, системой изготовления, оформления и контроля паспортно-визовых документов нового поколения, судебной системой. И понятна его роль, как генподрядчика в этой истории. Потому что проект очень важный для государства, чтобы зависеть от частных игроков. Если бы я строил электронное государство, тоже пытался бы сутевую часть, управленческую, оставить за государством. Поэтому такая роль `Восхода` объяснима.

Мы же в свое время сфокусировались на региональном сегменте и сделали это против подхода "Ростелекома". Ведь тогда `Ростелеком` считал, что сделает единое решение, которое будет подходить и для регионов, и для федеральных ведомств. Я дискутировал на эту тему с Алексеем Нащекиным (с 2010 по 2014 гг. вице-президент `Ростелекома`, отвечавший за электронное правительство, прим. TAdviser), говорил, что региональный уровень вы сами никогда не сможете внедрить, там много специфики, они же имеют право вносить изменения в регламенты. Невозможно настроить систему для всех с одинаковым функционалом. Регионы будут страшно недовольны.

В итоге возник рынок поставщиков региональных решений, и нам удалось получить заметную долю на этом рынке. А потом `Ростелеком` сам стал предлагать и другие решения, в том числе и наше, на выбор региональным заказчикам. Таким образом, мы начали работать с `Ростелекомом` на региональном рынке. Естественно, какие-то наши идеи им понравились и они начали их нам заказывать для доработки других решений.


Центральный федеральный округ