In English

Есть ли у российских организаций ИТ-альтернатива?

23.01.2015, Гореткина Елена
Издание: PC Week
Российский ИТ-рынок оказался под влиянием серьезных негативных факторов. Из-за девальвации рубля и ограничений в работе ряда западных ИТ-поставщиков с отдельными категориями заказчиков отечественным организациям приходится менять приоритеты при решении стоящих перед ними ИТ-задач и самым серьезным образом изучать ИТ-продукты и подходы, которые являются альтернативными по отношению к тем, что использовались традиционно.

Поэтому в среднесрочной перспективе для ИТ-заказчиков на первый план выходят две ключевые цели:
  • оптимизация ИТ-затрат, связанных с закупками оборудования, ПО и сервисов, а также с внедрением новых ИТ-решений и обслуживанием корпоративных ИТ-систем, в условиях рублевого бюджетирования;
  • защита своей организации от уже имеющих место и возможных в будущем отказов в поставках ИТ-продуктов и решений в связи с возможным сворачиванием в России бизнеса западных ИТ-компаний.
На пути к достижению этих целей встаёт немало вопросов. Как уложиться в ИТ-бюджет в условиях дешевеющего рубля? Чем заменить традиционно применявшиеся ИТ-решения в случае их ценовой недоступности или отказа вендора в поставках? Как оптимизировать ИТ-бюджет с помощью аутсорсинга и облачных сервисов? И наконец, какую выбрать стратегию обеспечения ИТ-поддержки бизнеса, чтобы минимизировать возникшие риски?

В преддверии намеченной на 5 февраля конференции «ИТ-альтернативы» на эти вопросы отвечают эксперты, представляющие основных игроков на российском ИТ-рынке — вендоров, дистрибьюторов, системных интеграторов, ИТ-аналитиков и консультантов.


Жизнь после санкций

В настоящее время на российском ИТ-рынке сложилась непростая ситуация. Негативные признаки, такие как спад продаж, снижение ИТ-бюджетов, сокращение сегмента среднего и малого бизнеса, появились еще во второй половине 2013-го, но в прошлом году влияние всех этих факторов усилилось, в том числе в связи с введением санкций.

Мнения экспертов о степени влияния санкций на ИТ-отрасль разделились. Одни оценивают их воздействие как однозначно отрицательное. Так, Артем Вартанян, руководитель департамента маркетинга корпорации ЭЛАР, считает, что в краткосрочной перспективе (год или два) влияние это негативно скажется на ИТ-отрасли: «ИТ-компаниям предстоят расходы, связанные с недоступностью лицензий, ростом штата специалистов, которые смогут оказывать техническую поддержку, и т. д.». При этом придерживающийся схожей точки зрения Антон Иванов, генеральный директор компании Citeck, в качестве наибольшей угрозы для ИТ-отрасли выделил снижение платежеспособности потенциальных заказчиков.

Однако некоторые эксперты полагают, что еще рано говорить о реальном влиянии санкций, так как прошло не так много времени. По мнению Елены Ивановой, руководителя управления маркетинга компании ЭОС, эта проблема в большой степени раздута и искусственно нагнетается, к тому же можно надеяться, что западные вендоры и российские заказчики по-прежнему будут находить пути решения проблем, договариваться и идти на взаимные уступки.

Эксперты указали также и на то, что влияние санкций не является глобальным, так как в более сильной степени оно касается компаний, использующих ПО разработчиков из США, а не из Европы. К тому же, даже подпав под санкции, компании смогут работать с имеющимися ИТ, потому что никто не придет и не заберет у них лицензии и серверы. Но, как отметил Николай Рыков, продукт-менеджер по программным решениям компании Konica Minolta, нельзя будет провести обновление систем и ПО. Однако и в этом случае можно абсолютно безболезненно пользоваться программными продуктами в течение нескольких лет, подготавливая почву для отечественных программных решений в качестве альтернативы.

В связи с этим на первый план выходит тема импортозамещения. К данному вопросу эксперты относятся со сдержанным оптимизмом, надеясь на то, что постепенно отрасль будет развиваться и оздоровляться за счет наращивания собственных разработок. «Мы говорим о наращивании, потому что российский ИТ-рынок отнюдь не беден ни на собственное ПО, ни на технологии, ни на оборудование», — отметил Артем Вартанян.

Тем не менее ситуация на отечественном ИТ-рынке уже начала меняться, и в ближайшей перспективе данная тенденция усилится. Это безусловно сказывается и на ИТ-компаниях, и на потребителях ИТ-продуктов.

Из-за санкций на российском рынке существенно повысилась конкуренция среди ИТ-компаний. Уже сейчас понятно, что выживут не все. В связи с этим у заказчиков появляется риск остаться без партнера в сфере ИТ. Как подчеркнул Антон Иванов, в первую очередь это касается долгосрочных проектов, для которых важно не только успешное завершение, но также поддержка и развитие.

Конкуренция ужесточается и среди заказчиков из числа коммерческих компаний, которые стремятся максимально сокращать расходы и издержки. Но здесь им как раз могут пригодиться ИТ-решения, позволяющие автоматизировать основные процессы и тем самым сократить временные и людские ресурсы.

И тут на первый план выходит проблема сокращения долларовых бюджетов. «Отсутствие дешевых западных кредитов сокращает возможности инвестиций, в том числе и в ИТ-проекты. Это уже глобальный риск, который затрагивает значительную часть ИТ-потребителей», — отметил Дмитрий Ведев, директор по маркетингу группы компаний «АйТи». Он выделил и другие риски, с которыми могут столкнуться заказчики. В частности, это прямой запрет на продажу определенных видов ИТ-продуктов конкретным компаниям или отраслям. В 2014-м мы были свидетелями того, как целый ряд вендоров отказывал в поддержке и поставке различного софта российским заказчикам, например, систем автоматизированного проектирования. Риски данной категории заказчиков понятны — уязвимость ключевых информационных систем зачастую возрастает из-за отсутствия вендорской поддержки.

Это заставляет компании, которые уже оказались под санкциями, серьезно задуматься о поддержке или адекватной замене уже функционирующих систем, а тех, кого санкции еще не коснулись напрямую, продумать свои действия в случае ухудшения ситуации.

По единодушному мнению экспертов, один из способов снижения такого риска — переход на продукцию альтернативных поставщиков, российских или азиатских. Но время еще есть, так как влияние санкций, видимо, проявится позже. На начальном этапе никаких катастроф не предвидится, считает Сергей Котов, эксперт по информационной безопасности компании «Аладдин Р.Д.»: «Без нового импортного ПО можно существовать достаточно долго, хотя и не слишком хорошо. Без обновлений, исправлений и т. п. — тоже, правда, это уже сложнее. „Железо“, довольно приличное, делают в Китае. Безопасность без импорта проживет. Хуже всего дело, как мне кажется, обстоит с СУБД и серьезными САПР».

Как уложиться в рамки тающего ИТ-бюджета — и...

Судя по всему, в нынешней экономической ситуации заказчики будут сокращать ИТ-бюджеты. Так, во многих бюджетных организациях и в крупных госкорпорациях уже публично объявлено о сокращении общих расходов, и ИТ-расходы не являются исключением. По оценке экспертов, ИТ-бюджеты сократятся на 10–20%. Что делать ИТ-службам предприятий и организаций в такой ситуации?

Эксперты предложили несколько путей решения этой задачи. По мнению Дмитрия Ведева, наиболее пристально на предмет сокращения будет изучаться инвестиционная составляющая ИТ-бюджета. Здесь возможны и полная остановка крупных затратных проектов, и перенос сроков их начала до лучших времен. Вообще в периоды кризиса горизонт планирования обычно сокращается, поэтому приоритет будет отдаваться относительно коротким и быстро окупаемым проектам.

Но разумные ИТ-директора смогут примирить развитие ИТ с сокращением расходов, если не будут паниковать, а займутся выработкой стратегии, считает Артем Вартанян: «В условиях санкций и сокращения бюджетов нужно сосредоточить внимание на оптимизации. Например, есть софт, который легко заменяется упрощением бизнес-процессов в компании и строчкой в регламенте. Контроль исполнения документов легче реализовать приказом, чем с помощью СЭД».

Кроме того, некоторые ИТ-директора обращают внимание на свободное ПО. Правда, это накладывает определенные требования на квалификацию ИТ-персонала. Так что в ИТ-подразделениях стоит ожидать кадровых изменений в сторону разработки и поддержки СПО. Люди, которые раньше занимались взаимодействием с вендорами, теперь будут вынуждены переквалифицироваться или уйти.

Растет интерес к продукции восточных поставщиков, которая зачастую дешевле своих западных аналогов. В связи с этим ИТ-службам необходимо оперативно выбирать и осваивать новые для себя продукты и решения, планировать переход на них и т. д.

Есть надежда и на то, что «заграница нам поможет». Так, Елена Иванова упомянула, что знает несколько конкретных примеров, когда западные вендоры пошли на снижение цен, на спецпредложения и другие меры, лишь бы сохранить свое присутствие на российском рынке. И не просто сохранить, но и наращивать, так как российский рынок остается привлекательным в долгосрочной перспективе.

Однако предприятия уже замораживают крупные проекты и сужают горизонты планирования. Хотя, по словам Василия Бабинцева, директора по маркетингу компании Directum, речь не идет об абсолютном отказе от инвестиций в собственное развитие. В первую очередь оценивается, принесет ли автоматизация реальную экономическую выгоду в краткосрочной и среднесрочной перспективе. Если таковая предвидится, то, конечно, ИТ-проекты стартуют: «В рамках переговоров мы встречаемся с задачами снижения дебиторской задолженности, с переходом на безбумажный легитимный обмен с контрагентами. Заказчикам важно оптимизировать затраты на управление финансовой и договорной документацией, на обеспечение ее оптимального хранения».

Меняются и требования заказчиков к собственным ИТ-службам. Теперь они должны проявлять больше самостоятельности при администрировании и внедрении систем, выделять собственных бизнес-аналитиков, которые знают внутренние процессы и готовы их быстро актуализировать и оптимизировать, обучать и консультировать пользователей. И тем самым — снижать стоимость ИТ-проектов.

Кроме того, из-за кризиса меняются приоритеты самих заказчиков и, как следствие, их ИТ-приоритеты. «Будет меньше задач развития и больше задач, связанных с поддержанием существующих систем в условиях ограничения бюджетов и оптимизации ИТ-расходов», — сказал Андрей Шапошников, заместитель директора по развитию бизнеса Центра проектирования вычислительных комплексов компании «Инфосистемы Джет».

Таким образом, на первый план выйдет задача поддержки ключевых бизнес-процессов. По мнению Владислава Шершульского, директора программ технологического сотрудничества Microsoft в России, хотя на все проекты сразу денег может не хватить, те инициативы, которые позволят удержать клиентов и получить новых, будут и дальше финансироваться: «Это тем более неизбежно, что мы вступили в новую фазу развития ИТ, когда программные средства являются уже не просто удобным внутренним инструментом повышения трудоспособности персонала, а ключевым компонентом всех продуктов и услуг и даже, как говорят аналитики из Forrester Research, составляют основу бренда большинства компаний, включая традиционно далекие от высоких технологий».

...обеспечить ИТ-поддержку бизнесу

Хотя из-за кризиса затраты на ИТ будут сокращаться, с ИТ-подразделений никто не снимает ответственности за обслуживание бизнеса. Как это можно сделать меньшими силами и средствами? На чем можно сэкономить?

По мнению экспертов, резервы для экономии есть всегда. Если рассмотреть операционную часть ИТ-бюджета, то здесь руководство будет стремиться максимально сократить операционные издержки, не снижая уровень ИТ-сервиса. Это означает, что увеличится чувствительность заказчика к стоимости услуг партнеров. «Я думаю, что практически все ИТ-заказчики сейчас ведут переговоры со своими подрядчиками о сокращении бюджетов на поддержку и сопровождение информационных систем как минимум на 10%», — говорит Дмитрий Ведев.

Наиболее очевидный способ решения этой задачи — снижение ставок сервисных сотрудников. В условиях кризиса сходит на нет проблема «перегретого» кадрового рынка, характерная для России последних лет. Можно ожидать, что зарплаты целого ряда сервисных специалистов станут более адекватными и это в свою очередь позволит пересмотреть расценки на некоторые услуги. Кроме того, есть и технологические способы сокращения расходов на поддержку и сопровождение — использование удаленных ресурсов там, где это возможно, замена авторизованной поддержки на неавторизованную и т. п.

Николай Рыков считает, что найти сбалансированное решение, чтобы на его основе оптимизировать количество и время исполнения служебных операций, поможет переход на аутсорсинговые услуги, в рамках которых организации смогут перенести свои капитальные затраты в операционные на три-пять лет.

Такая же модель преобразования затрат в операционные работает и с облачными технологиями. Поэтому ряд экспертов полагает, что заказчики будут активнее рассматривать облака, чтобы снизить большие стартовые затраты на технику и ПО. Но такой путь подходит не всем. «Для среднего сектора это интересный и экономически выгодный вариант. Но для крупных предприятий вопрос хранения данных в облаке до сих пор остается открытым, особенно если речь идет о финансовом контенте», — констатирует Василий Бабинцев.

Правда, существуют и гибридные варианты, объединяющие публичные и частные облачные структуры. В этом случае предприятия могут хранить наиболее важные данные у себя. Владислав Шершульский отметил, что в гибридных сценариях переход в облака может быть постепенным, малобюджетным и экономически целесообразным: «Положительным эффектом миграции является также наведение финансовой дисциплины — для облаков разработаны вполне эффективные методы учета потребления ресурсов. Наибольший выигрыш получат те компании, которые смогут не просто перенести в облака существующие решения, но и воспользоваться новыми преконфигурированными облачными сервисами, такими как предсказательная аналитика и машинное обучение».

Кроме того, в условиях тотальной экономии ИТ-подразделения должны будут изыскивать максимальные возможности интеграции имеющихся систем между собой, чтобы хоть немного, но повысить уровень автоматизации работы персонала. Разработка новых бюджетов потребует тщательной оценки приобретаемых систем с точки зрения автоматической обработки информации и гибкости интеграции с уже внедренными информационными системами. Николай Рыков в качестве примера привел замену персональных принтеров и сканеров на современные МФУ, снабженные программным комплексом оцифровки бумажной информации. По его оценке, такие решения позволяют безболезненно оптимизировать расходы на печать, копирование и преобразование бумажной информации в электронный вид, а также значительно минимизировать расходы на подобные операции.

Есть и другие способы обеспечить ИТ-поддержку на прежнем уровне при меньшем бюджете. Некоторые из них предложил Юрий Корюкин, генеральный директор компании «ABBYY Россия»: «Помочь могут различные меры — переход на отечественные продукты, когда это возможно, переход на новую систему лицензирования, включая подписку и сервисную модель, фокусирование на проектах с быстрой окупаемостью, скажем, меньше одного года».

Стоит также обратить внимание на ИТ-продукты, которые помогут оптимизировать текущие бизнес-процессы и перевести ИТ из исключительно сервисной службы в приносящую прибыль. У ABBYY, по словам Юрия Корюкина, есть немало примеров, когда экономия средств в течение года полностью окупала внедрение и приносила существенную выгоду заказчику.

Андрей Шапошников указал, что наряду с очевидными путями сокращения ИТ-расходов, такими как использование более дешевых решений и снижение уровня закупаемой у вендора техподдержки, есть и более сложные варианты, не лежащие на поверхности: «Это оптимизация лицензий за счет обновления оборудования, так как более современные серверы могут обеспечить необходимую производительность при меньшем количестве ЦП, повышение коэффициента использования ресурсов в результате более широкого применения виртуализации на разных уровнях инфраструктуры, а также оптимизация затрат на обслуживание благодаря применению аутсорсинга».

Но поскольку ситуации и приоритеты у всех заказчиков разные, следует сначала провести экономический расчет, или, как его часто называют, бизнес-кейс, который покажет, насколько решение выгодно с точки зрения общей стоимости владения за интересующий период.

А на чем не стоит экономить, так это на информационной безопасности, уверен Сергей Котов, поскольку это та область, которая становится особенно актуальной в кризисы и войны: «Нас еще ждут информационные атаки и диверсии, и первыми жертвами станут те, кто рискнет ослабить усилия в отношении ИБ. В текущей ситуации, да и в обозримой перспективе эти усилия, возможно, стоит даже наращивать».

СПО — не панацея, но полезный инструмент

В свете обозначенных выше проблем, связанных с санкциями, сокращением ИТ-бюджетов и курсом на импортозамещение, растет внимание к свободному ПО с открытым исходным кодом. Какую роль в решении стоящих перед российскими предприятиями ИТ-задач может сыграть СПО?

По мнению экспертов, у такого подхода есть ряд несомненных достоинств, поскольку открытый код можно проверить на безопасность и на его основе создавать продукты любого уровня — корпоративные, сертифицированные и даже для работы с гостайной. Тем не менее не следует надеяться на то, что СПО позволит решить все проблемы.

Рассматривая этот вопрос, Юрий Корюкин предложил четко разделить задачи, стоящие перед предприятиями: «Если речь идет об экономии средств, то, как это ни странно, скорее всего СПО не сильно поможет». Дело в том, что в стоимости корпоративного проекта, как правило, большая часть затрат ложится на услуги внедрения.

Ведь любой крупной компании потребуется подгонка программного обеспечения под свои бизнес-процессы. Обойтись без услуг консультантов и разработчиков будет невозможно. Удастся ли заказчику найти в своем регионе необходимое количество специалистов или он будет вынужден работать с одной компанией-интегратором, и сколько будут стоит ее услуги, в том числе и по дальнейшему развитию и обновлению СПО-проекта? Вероятно, эти ограничения играют немаловажную роль в том, что такие проекты еще не получили широкого распространения, полагает Василий Бабинцев.

Это мнение разделяет Артем Вартанян, на чей взгляд рынок СПО разогревается самими интеграторами, потому что благодаря бесплатным лицензиям им легче предложить заказчику свободный софт, чем проприетарный. В условиях кризиса, казалось бы, целесообразнее предпочесть СПО. Но заказчик едва ли сумеет экономить на сопровождении, развитии, кастомизации и т. д., а о таком критерии, как масштабируемость, при использовании СПО можно вообще забыть. Зато существует опасность вернуться к «зоопарку информационных систем», с которым организации и компании последние несколько лет так победоносно боролись.

К тому же при использовании СПО следует понимать риски, связанные с безопасностью, стабильностью работы приложений, интеграцией с внутренними информационными системами, поддержкой проекта СПО на протяжении жизненного цикла. «Внедрение СПО потребует привлечения в штат специалистов, которые способны не только поддерживать, но и развивать систему для адаптации под нужды компании, внося в доступный код, согласно лицензии, необходимые изменения. И чем сложнее будет подобная система, тем труднее будет её поддерживать на уровне организации. Некорректно полагать, что СПО однозначно обеспечит быстрое и, главное, высококачественное решение всех проблем, связанных с ИТ-инфраструктурой», — подчеркнул Николай Рыков.

Таким образом, уверены эксперты, несмотря на бесплатность лицензий, не дешевизна является главным преимуществом свободного софта, а обеспечиваемая им гибкость в подходе к решению задач. Поэтому они рекомендуют рассматривать свободный софт не с точки зрения экономии на лицензировании, а в качестве зачастую единственного разумного варианта для реализации функциональности, которой нет в проприетарном ПО. По мнению Юрия Корюкина, именно поэтому СПО приобретает все большую популярность: «Это явный тренд, и в перспективе мы, скорее всего, увидим ситуацию, когда поставщики СПО и проприетарного ПО будут наравне, а иногда и в консорциумах участвовать в различных проектах. Поэтому в некоторых ситуациях свободный софт сможет помочь компаниям решить задачи, которые перед ними сегодня стоят».

Не следует забывать и о том, что модель свободного распространения ПО серьезно влияет на разработку проприетарного ПО. По словам Владислава Шершульского, традиционные разработчики, исторически тяготеющие к модели продажи лицензий, стали существенно более открытыми. И это не сводится к тому, чтобы открывать код продуктов. Речь идет в том числе об открытых стандартах и интерфейсах, о средствах разработки, платформах запуска приложений и т. д., а также об обеспечении прозрачности сервисных процессов.

Государство нам поможет?

Государство играет огромную роль в развитии ИТ-рынка, выступая, с одной стороны, в качестве регулятора, а с другой — как заказчик. По идее оно должно быть заинтересовано в стимулировании развития отрасли ИТ. Ведь это не только индустрия сама по себе, но и средство инновации и модернизации для других отраслей. Однако на данный момент нет чёткой долгосрочной стратегии развития ИТ в России, которая включала бы рекомендации, правила и регламенты обмена данными, реализации задач безопасности в области ИТ.

Как считают эксперты, одним из направлений, в которых государство может и должно помочь ИТ-отрасли, является профессиональное развитие специалистов для разработки и поддержки высокотехнологичных решений. «Речь идёт об интенсивной, а не экстенсивной образовательной программе средней и высшей школы. Нелишним было бы оказать поддержку программы подготовки и обучения специалистов в лабораториях, на площадках ведущих иностранных образовательных и исследовательских учреждений», — сказал Николай Рыков.

Кое-какие шаги в этом направлении уже делаются. Так, недавно правительство утвердило «Перечень специальностей и направлений подготовки высшего образования, соответствующих приоритетным направлениям модернизации и технологического развития российской экономики», в котором выделен целый ряд специальностей, связанных с информатикой, вычислительной техникой и информационной безопасностью.

Эксперты предложили еще несколько перспективных направлений. По словам Артема Вартаняна, государство может развивать федеральные отраслевые системы и облачные технологии. Последние могут удовлетворить потребности малого бизнеса, а отраслевые системы — решить часть задач широкого круга средних компаний.

Кроме того, государству вполне под силу выступить регулятором и не допустить нового витка развития «ИТ-бардака» в российских компаниях. Достаточно объявить о выделении средств на разработку национального ПО, обозначить сроки готовности и приемлемые условия.

Существенную поддержку может оказать и госзаказ на разработку отечественных продуктов. Ведь государство — один из ведущих заказчиков корпоративного ПО с масштабами в сотни тысяч автоматизируемых рабочих мест. Как отметил Василий Бабинцев, движение в этом направлении уже началось: «Вырабатываются меры по увеличению количества проектов, реализованных на базе решений отечественных разработчиков».

Долгое время госбюджетные покупатели не очень-то жаловали отечественного производителя, предпочитая зарубежную продукцию, отметил Дмитрий Ведев. «Но в нынешних условиях, — считает он, — госсектор должен обеспечить гарантированный спрос на импортозамещающие российские технологии и поддерживать отечественного ИТ-производителя хотя бы тем, чтобы не ухудшать условия ведения бизнеса в стране (налоги, сборы, кредитные ресурсы и пр.), а также помогать российским технологиям выходить на внешние рынки, используя и систему торгпредств, и возможности институтов развития, и другие формы поддержки экспорта».

Однако вряд ли государство сможет решить проблемы ИТ-рынка отдельно, в отрыве от общеэкономических и внешнеполитических проблем. Сложившийся кризис затронул не только ИТ-рынок, но и экономику страны в целом. Поэтому первостепенной задачей российского государства является принятие антикризисных мер для решения проблем всей экономики.


Центральный федеральный округ